Понятно, Алексей их нагружал иначе, нежели Петр своих людей. Не параллельными проектами, а последовательными. Закончил одно дело? А у тебя там в плане мероприятий еще с десятка два. Или больше. Вперед. Не расслабляться. Сделал дело, копай дальше смело… солнце еще высоко…

Везде он вел себя одинаково:

Глядел журналы опытов.

Смотрел на практические результаты и состояние оборудования.

Считал сотрудников, проверяя сбежавших и выбывших.

Делал себе пометки в блокнот.

Шел дальше…"

"И вот, наконец, мастерская, что занималась попытками сделать механический ткацкий станок.

Его устройство он не знал, имея только понимание — он возможен и точка. Поэтому сюда притащили самый обыкновенный ручной станок. И взявшиеся за работу ребята пытались сделать так, чтобы он работал сам, приводимый в движение вращением входного вала. Шло пока не важно, но шло. Во всяком случае, удалось придумать, как пробрасывать челнок без участия человеческих рук. И теперь они работали над подтяжкой и прибоем нитки после прогона челнока…

Здесь то царевича за изучением журнала дворецкий и застал.

— У тебя там гости.

— Гости?

— Просители всякие. Кто такие не знаю. Некоторые уже дня четыре тебя ждут.

— Ты серьезно? У меня? — удивился царевич. — Сколько их.

— Больше десятка.

— И кто такие? Да разные… но не случживые…

Царевич прошел мимо сидящих в коридоре. Они все встали. Поклонились. И начали что-то было говорить. Но он поднял руку:

— Тихо! — громко рявкнул он, насколько это позволяли его излишне юные глотка с легкими. — По одному заходим ко мне в кабинет, — указал он на дверь. — И рассказываем суть дела.

Далее он прошел внутрь.

Заказал у слуги принесли ему кофе. Ну и пригласить первого гостя…

Алексей, хоть и был царевич, но решил ввести практику приемов для частных лиц. По сути, к нему мог прийти даже крестьянин. Даже беглый. Даже преступник. И до тех пор, пока царевич его не принял, его нельзя было никуда выгнать или арестовать. Если, конечно, он соблюдал правила и вел себя прилично.

Здесь был туалет.

Здесь кормили. Причем бесплатно. Хоть и не обильно. Так что можно было подождать какое-то время. Даже несколько дней, поспав на стульях в зале ожидания.

Правда вход был отдельный.

Все-таки это эксперимент.

Отец был поначалу против. Но так как возиться с просителями пришлось бы не ему, уступил. И решил поглядеть, что из всего этого получиться.

Для таких приемов был продуман определенный протокол.

У входа в приемную постоянно находилось два лейб-кирасира. Внутри — у дверей кабинета — еще два. Само собой, их выставляли в случае появления просителей. Если тех было больше четырех, то наряд усиливали.

Перед входом к царевичу гостей инструктировали.