Матвеи Гаврилович через своих знакомых уже несколько раз делал попытки договориться с министром МВД, предлагая тому всевозможные выгоды – и материальные, и политические. Но тот на подозрительные контакты не шел, резко обрывал разговоры с друзьями Гапона, сверкая стеклами очков.

«Какая же ты сука! – думал время от времени Супонев, видя лицо министра на экране телевизора или на страницах газет и журналов. – Неужели к тебе нет подхода? Неужели я не правильно ищу его? Наверняка подходы есть. Ведь смог же я договориться с людьми, не менее значительными, чем ты, и они с радостью приняли помощь Матвея Гавриловича Супонева, согласились сотрудничать, согласились во всем помогать.

И вот теперь они занимаются тем, чтобы все шло тихо и спокойно, чтобы спирт с полигона вывозился на заводы, а там из него делалась водка»."

"Приехав в свой загородный дом, Матвей Гаврилович разделся и сразу же направился в кабинет. Он быстро набрал номер полковника Иваницкого. И когда тот ответил, Матвей Гаврилович резко заговорил, причем так, словно бы не хотел дать возможность своему невидимому оппоненту вставить слово:

– Слушай, Иваницкий, внимательно и делай так, как я тебе скажу.

Борщева нет, он вывалился из окна – он мертв. Так что подполковник никому ничего не расскажет.

– ..мертв!?

– Тебя это не должно касаться. Вмешались какие-то третьи силы, я сейчас этим занимаюсь. В общем, как всегда, держу все под контролем. И ты продолжай заниматься тем, чем занимался. Завтра ночью придет машина.

Встретишь, загрузишь, отправишь. Ты меня понял?

– А как быть с похоронами Борщева?

– Пока не беспокойся, его тело в судебном морге. А потом решим. Я сам тебя найду, мне не звони.

И вот что еще: я, наверное, пришлю к тебе на полигон своих людей человек двенадцать. Пусть охраняют склады.

– Как это, Матвей Гаврилович? Да вы что!

Штатские люди на полигоне?

– Они будут не штатскими, все в камуфляже и с оружием. А если офицеры или кто-нибудь из твоих поинтересуется, скажешь, что это спецотряд из Минобороны.

– А что они будут охранять? Ведь все думают, что склады затоплены.

– Вот затопленные склады и будут охранять. Наплетешь, что там обнаружены неликвидированные боеприпасы или еще какая-нибудь хрень.

Ты меня понял?

– Понял, Матвей Гаврилович.

– Вот тогда и ладненько, – Супонев отключил телефон и вызвав своих людей, принялся отдавать распоряжения.

Он придумал грандиозный план. Ведь недаром еще в тюрьме Супонев получил кличку Гапон. А план его был прост и ужасен. Он решил заминировать склад со спиртом и в случае необходимости, если уж прижмут так, что некуда будет деваться, он уничтожит все запасы технического спирта, взорвет все к черту вместе с бомбами и снарядами.

Не станет спирта, не будет улик.