— Так вот жизнь извернулась, что пришлось мне не синие, а в основном песчаные волны рассекать. Поначалу меня откомандировали всего на несколько месяцев в распоряжение Министерства обороны, а они не сильно разбирались, кто из нас моряк, кто пехотинец… Задачу поставили — и шагом марш, солдат! Выполняй, как придется, и выживай, как получится… Там, видишь ли, были несколько другие критерии отбора. Да я и рад был, что так получилось. Забыться мне надо было, по правде сказать, да и жить не очень хотелось… Как вспомню… — Егор махнул рукой и неожиданно весело улыбнулся. — Дело все прошлое, только вот железа во мне, как медяков в детской копилке.

В аэропорту, бывало, металлоискатель соловьем заливается, когда сквозь него прохожу.

— И куда же ты теперь после отпуска?

Егор комично вытаращил глаза:

— Ну вот, закудыкала мне всю дорогу! Сплюнь через плечо! — И, дождавшись, когда она выполнит просьбу, добавил: — У меня теперь два пути: один — старый, исхоженный, о котором ты знаешь, второй — попробовать себя, как ни странно это звучит, на педагогическом поприще. Сейчас мои документы в министерстве. Какой уже месяц решают, достоин ли я стать заместителем начальника одного из военных училищ…

— А не лучше ли совсем уйти из армии, найти себе работу по душе и отдохнуть от всего, забыть про эту грязь?

— Смешно, а может, и грустно, что из армии я как раз не хочу уходить.

Да и забыть вряд ли получится. Наградила меня судьба отличной памятью, и от прошлого, как говорится, не спрятаться, не скрыться. Степанок вот тоже постоянно забрасывает удочку на предмет служения ему и Отечеству, я и хочу послужить, но там, где что-то умею, знаю и, думаю, сумею научить других.

— Надежда Васильевна рассказывала, что вы с братом близнецы, но он ведь как-то в жизни устроился, семья у него, дети…

— А не рассказывала тебе Надежда Васильевна, что мы всегда бежали в разные стороны?

— Говорила.

— Так и в жизни получилось. Морды он бил только на ринге, а с какой стороны автомат стреляет, уже и забыл поди. А звание такое же, и квартира есть, и жена, и дети… Правда, с последними он подкачал, бракодел несчастный! — Егор опять посмотрел на часы. — Видишь ли, у нас в семье в каждом поколении обязательно рождаются мальчишки-близнецы.

Причем одного из них, того, кто первым появился на свет, обязательно называют Егором в честь далекого-далекого предка, кубанского казака, как я полагаю. А вот на нас эта традиция, видно, и закончится. У Славки — девки, Танька по отцу нам не родная, а я вообще к семейным делам не приспособлен.

— Можно подумать, у тебя женщин помимо жены не было?"

"— Были, что тут скрывать. Но ни с одной до детей дело не дошло, тут уж я в курсе. Кроме того, я не из тех, чтобы женщину с ребенком, тем более с двумя бросить.