Ей хотелось поговорить с ней наедине без аккомпанемента болтовни Энди и сковывающего присутствия Уолта, но девушка сразу же настолько глубоко погрузилась в чтение, что Диана отказалась от намерения втянуть ее в откровенную беседу."

"Высадив Мэри-Джо у колледжа, Диана нашла газетный киоск, а потом направилась в ближайшее кафе. Ей предстояло убить четыре часа до назначенной встречи и два до того, как получит подтверждение, что она вообще состоится. Луис долго заикался, прежде чем донес до нее свою мысль: ей не обязательно давать согласие на обед с ним сразу, он будет на работе после десяти, она может позвонить, если захочет с ним пообедать, или, если она будет занята, то… а, впрочем, он не решается навязывать ей свое общество, так что, быть может, она… и так далее до бесконечности.

Диане стало его жалко, и почти в той же степени она жалела и себя. Она была совершенно не настроена на застольные беседы и не верила, что Луису в самом деле удалось раскопать в библиотечной пыли что-то интересное. Он даже не знает, что она ищет. Да и знала ли она сама? Если обед с ней послужит ему достаточным вознаграждением за бесплодные труды, что ж, грех отказывать ему в таком пустяке.

Около часа она провела за чтением газет: местных и «Вашингтон пост». Она настолько оторвалась от «реального мира», что чувствовала себя ссыльным, вернувшимся домой. Но по мере того, как она изучала заметки и репортажи о преступности в больших городах, избирательной кампании, вздорных препирательствах политиков о бюджетных ассигнованиях, в ней нарастало раздражение. И это называется «реальной жизнью»? Нет. Настоящая жизнь — это повседневная борьба за существование обыкновенных людей.

Свое личное горе она, конечно, принимала ближе всего к сердцу, но уже успела понять, что боль есть нечто, не поддающееся измерению. Разве могла она считать себя более несчастной, чем Мэри-Джо, на глазах которой ее любимый превратился в монстра, готового ее уничтожить? А до этого он годами пытался убить в ней душу и человеческое достоинство. Это не было прямое физическое воздействие, но разве это менее больно? И Мэри-Джо не исключение. Таких, как она, тысячи, может быть — миллионы.

Диана заставила себя сосредоточить внимание на местных новостях.

Из того, что могло касаться непосредственно ее, она обнаружила только маленькую заметку на последней полосе: «Поиски вооруженного беглеца продолжаются». В ней не содержалось ничего, что не было бы Диане известно. Газеты из Вашингтона, Ричмонда и Шарлоттсвилля не опубликовали по этому поводу вообще ничего. В данном случае поговорка «хорошие новости — это отсутствие новостей» полностью себя оправдывала. Едва ли Эмили и Чарли смогут купить в Северной Каролине газету из родного округа.