Хотя, откровенно говоря, хотелось упасть перед Сириусом на колени и сотворить что-то совсем уж безумное. Сириус стоил любого безумства, и теперь, когда они собирались создать семью, у Снейпа вообще снесло все ограничители. Порой он боялся сам себя и уже не понимал, кто из них больше спятил: Сириус с его собачьей составляющей или сам Северус со слепым обожанием Блэка. Оставалось полагаться на Риту — единственный глас разума в их диком ненормальном триумвиате.

— У меня метка сегодня пульсировала, — вспомнил он, сглатывая.

Сириус свел брови:

— Видимо, какой-то побочный эффект ритуала. Долохов и Барти поклялись, что прежний Лорд не вернется уже никогда. Рег им верит.

— Прежний? — уцепился за формулировку Снейп. — Погоди, что значит «прежний»?

====== Глава сорок восьмая. И снова Запретный коридор. ======

Этим вечером Хагрид превзошел самого себя. Испеченные им «по новому рецепту» кексы не просто подгорели, приобретя воистину волшебную твердость и внешне напоминая потемневшие от воды камни, они вдобавок еще и весили, как кирпичи.

Добрейшей души лесник щедро насыпал Гаррету целый противень и смущенно посоветовал макать кексы в чай перед употреблением.

— Ты… энто… не обижайся, не кулинар я. Вот, — сказал он в свое оправдание. — Жестковаты получились. Зато они на всем натуральном. Натуральная лебеда, натуральная мука, сам молол, между прочим. Яйца голубых дроздов там, целый десяток, и молоко единорогов в тесте тоже натуральное. Полезная штука… мда. Только пригорели слегка.

Гаррет давно уже не обижался, смирившись со своеобразными гостинцами. Правда, от веса мешка с кексами ощутимо крякнул, а потому, выйдя из избушки Хагрида, направился сразу к озеру, решив не делать крюк через Хогвардс.

Там, на берегу, и застал его Драко.

— Гаррет! Ты где шляешься целый вечер?

— У Хагрида был, — Гаррет потянулся поправить очки, но тут же вспомнил, что уже пару дней, как обходился без них, и поправил бандану.

Кексы, за исключением того, что Гаррет незаметно убрал в карман за чашкой чая, уже были переданы русалке, и теперь он просто любовался ровной гладью воды, не торопясь возвращаться в замок. С некоторых пор его ужасно раздражали дурацкие правила, тупые сокурсники, придирчивые преподаватели, а больше всех — злокозненные интриги директора. А вот вид озера — успокаивал.

— Тебя Лонгботтом обыскался, — негромко сказал Малфой. — Бегал, как в жопу ужаленный. Вот, записку просил передать.

Он протянул Гаррету запечатанный пергамент.

— Ого! — удивился Гаррет, разглядывая сургучную печать. — Какие тайны!

— Сам поражаюсь, — насмешливо пожал плечами Малфой. — Пупс на свою писульку такое ядерное заклинание от подглядывания наложил, будто в ней скрыты как минимум секреты Основателей.