Дамблдор, может, и мог бы, но раз за столько лет и пальцем не пошевелил, значит, ему это не выгодно. Сомневаюсь, что там последствия круцио, пацан, скорей что-то другое. Тебе бы их в Германию отвезти, в Первую Магическую Клинику волшебной диагностики. Начни с главного — с причин, — он снова икнул и прикрыл ладонью рот. — Простите, что-то мне нехорошо. Надо немного поспать.

Профессора повело, и Невилл с Перси, подхватив его под руки, не без труда довели до двери. Локхард коснулся палочкой замка, тот щелкнул, и мальчики затащили свою ношу внутрь.

Невилл с любопытством огляделся.

Сплетни ходили самые разные. И о том, что у Локхарда спальня в розовых цветах, и о многочисленных собственных портретах на стенах. Слухи оказались сильно преувеличены. Постельное белье на кровати было хотя и дорогим, с вышивками и монограммами, но не розовым, а белоснежным, и портрет на стене висел всего один, правда, в натуральную величину. Профессор Локхард на нем ослепительно улыбался и небрежно поигрывал пером. На маленьком столике лежали две книжки: «Красота и здоровье» и «Оставайся юным до ста лет», а так же стояла яркая маггловская баночка с надписью «Витамины» и валялась пара пустых склянок из-под зелий.

Перси с натугой сгрузил тут же трогательно засопевшего Локхарда на кровать и повернулся к Невиллу:

— Лонгботтом, о том, что ты сегодня услышал, — молчок, понял? Если хоть кому-то пол словечка брякнешь, пожалеешь, что на свет родился!

— Да что я, не понимаю, что ли? — оскорбился Невилл. — Могу непреложный обет дать. Хотя, нет. Не дам. Буду молчать, а ты больше, как староста, ко мне не придирайся и баллы не снимай, договорились?

Перси набычился:

— Я бы предпочел обет.

— Ну, извини, — развел руками Невилл. — Трепаться не собираюсь, но и себя не обижу.

— Тебе не на Хаффлпафф, а на Слизерин надо было переводиться! — вспылил Перси. — Ты, кажется, с Поттером переобщался!

Невилл кротко улыбнулся:

— Перси, я не буду вредить, но и ты не будешь меня трогать. Это очень дружелюбно и по-хаффлпаффски. Мир? — он протянул руку.

Перси помедлил, но все же неохотно ее пожал.

— Как думаешь, — спросил он, когда они уже вышли в коридор, — это все правда?

— Скорей всего, — кивнул Невилл.

— Я давно понял, что магический мир гораздо сложнее, чем кажется на первый взгляд, тут столько всего накручено, что никогда не получается сразу понять, где истина, а где ложь. Взять хотя бы факультеты. Бабушка так описывала Гриффиндор, словно попасть туда — мечта, а я едва выбрался из этого ада. Без обид.

— Даже спорить не буду, сам варюсь в том же аду. Эх… Но, получается, директор Дамблдор все знает про моих роди… про ситуацию у нас в семье? Мама всегда так суетится перед его визитом.