— Обед скоро, ты аппетит испортишь!

— Да мне его уже испортили, — буркнул я, торопливо запихивая в рот булочку, и дожёвывая, пока она не вырвала её у меня из рук.

Знаю я её. Здоровая пища, питание по расписанию. «Всё ради тебя, дорогой». И как ни странно, мне это нравилось. Оказывается, приятно, когда кто-то в мире, кроме тебя самого, заботится о тебе и твоём состоянии.

— У нас сегодня вечером будет небольшой банкет, — хмыкнул я.

Анна сразу поменялась в лице. Улыбка исчезла, она упёрла руки в бока и протянула.

— Та-а-а-к. И об этом я узнаю только сейчас?

— Ну… — я взглянул на часы, — у нас есть еще восемь часов.

— Кто будет? — перешла на деловой тон моя жена.

— Андросовы, Морозова, Долгорукова, Хельга и Ингрид.

— Ух ты ж, блин, восемь часов — это мало!

— В смысле, мало? Сейчас я попрошу гвардейцев, они из холодильника бычка притащат, шашлык замайстрячим и нормально посидим.

— Притащат, замайстрячим… — скривилась Анна. — Когда ты уже искоренишь эти слова из своего лексикона?

— Дай-ка подумать, — изобразил я задумчивость. — Наверное… никогда?

Я сгрёб её в охапку, посадил на колени и крепко поцеловал.

— Ведь за это ты же меня и любишь? — поинтересовался я.

— Дурак, — абсолютно беззлобно стукнула меня кулачками. — Отпускай меня, мне нужно приготовиться к приёму.

— Так может, приступишь к приёму через час или полтора?

Я почувствовал тёплую мягкую попку у себя на коленях и придумал кое-что поинтереснее.

— Ну нет! — Анна соскочила с моих колен, и задорно посмотрела на меня. — Я пошла готовиться. А ты в следующий раз десять раз подумаешь, прежде чем так торопливо объявлять важные встречи. Всё, не скучай, дорогой!

Она послала мне воздушный поцелуй и выпорхнула из кухни.

Ну и ладно. Я стащил ещё одну булку с блюдца и, задумчиво жуя, вышел на крыльцо. У меня опять зазвонил телефон. Андросовой что-то понадобилось, что ли? Наверное, хочет спросить, что принести к столу или на подарок. Но нет, номер был незнакомым. Учитывая, что Анна была предупреждена, а я сам не раздавал никому свой телефон, это было странно.

— Слушаю, — сказал я.

— Галактионов? — послышался гулкий мужской голос.

— Допустим, — осторожно ответил я. — А ты что за хрен?

Да, возможно Анна была права в том, что лексикон у меня страдает, но я очень не люблю грубиянов.

Сперва нужно вежливо поздороваться, а не вот так, нахрапом.

На той стороне трубки поперхнулись.

— Да ты знаешь, с кем разговариваешь?

— Нет, и не очень хочу узнать, вообще-то, — хмыкнул я.

— Великий князь Меньшиков! И да, походу, все слухи о тебе были правдивыми. Дерзкий, я бы даже сказал, борзый.

— Оставьте ваше субъективное мнение при себе, великий князь, — стал я в позу.— Чё надо?

— Ах, вот как! — прошипел он.