Вместе со мной, и исключая разломщиков Астахова, которых, как ты приказал, я вывел за скобки. Буквально через месяц лекари восстановят ещё двести человек. Думаю, через пару месяцев наша гвардия перевалит за тысячу. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь, — немного понизил он голос, чтобы не услышали сидящие за столом остальные бойцы.

— Ты про деньги? — улыбнулся я, и хлопнул Волка по плечу.

— Про них, конечно, — нахмурился тот.

— Это будет сложно, но я справлюсь. И да, мне очень сильно поможет, если ты наконец-то продашь хотя бы половину того хлама, что заныкал у себя на базе.

— Всё, что там есть, мне всё нужно! — буквально оскалился Волк.

— Ладно, ладно, не рычи, верю. Обойдёмся без твоих стратегических запасов, — хмыкнул я. — В любом случае, хватало сейчас, хватит и дальше. Планы не меняются. Мне всё еще нужно десять тысяч лучших в Империи гвардейцев.

Тут уже Волк улыбнулся.

— Да я помню, помню… Нужно, значит, сделаю.

— Вот и хорошо! — хлопнул его по плечу. — Разберёшься, кого назначить вместо себя, раздашь инструкции, а я двину в усадьбу.

Только я очутился дома, как у меня раздался звонок.

Я быстро бросил взгляд на номер, улыбнулся, и поднес трубку к уху.

— Здорово, бродяга! Скучаешь и никак не решишься? — хмыкнул я.

В трубке установилось небольшое молчание, а потом я услышал женский голос.

— Чего это я бродяга? И да, я соскучилась!

Упс! Я оторвал трубку от уха и взглянул на экран. Блин, не «Андросов», а «Андросова»!

— Извини, Катюха, с братом тебя перепутал.

— Так я и поняла. А на что он должен был решиться? — тут же заинтересованно спросила у меня Катерина.

— А это наши с ним личные дела, — мои шутки про его свадьбу не устаревали, но сестре об этом лучше не знать, потому что это наши личные шутки.

 — В любом случае, рад тебя слышать. Как у тебя дела?

— Саша, я готова!

— Хм… — на секунду задумался я. — Прошу прощения, готова к чему? Или на что?

— Ну, ты сказал, что мне нужен был первый класс. Полчаса назад я его получила.

— Ага, а где ты сейчас?

— Лови маячок, долго рассказывать.

Я взглянул на телефон. Одна точка была в Эпицентре, причём далеко не с краю, а глубоко внутри.

— Ого! — сказал я. — Нет, Андрей говорил мне, что ты занялась этим серьёзно, но чтоб настолько.

Он правду сказал, что ты ходишь в Разломы всё время, кроме восьмичасового сна?

— Нет, неправду, — рассмеялась Катерина.

— О, так я и знал. Твой брат тот еще врунишка.

— Да, и в этот раз он соврал. Последние две недели я спала по четыре часа в сутки, и большую часть этого времени я спала внутри Разлома или около него, чтобы не терять времени.

— Вот это да! — от души восхитился я. — Молодчинка!

— Спасибо, конечно, за оценку, но когда мы начнём?

Я задумался.