Бить слабых любой дурак может, а вот сразиться с сильным? В общем, Северный Король был хорошим воспитателем.

Ульрих приложил палец к губам, ведь в соседней комнате его жена все еще беседовала с дочерью. Король не хотел им мешать, решив пока проверить доклады, что скопились в его отсутствие.

— Слушаю тебя, Бруни… — поднял он на него свои глаза, отложив в сторону документы. — Это по поводу гостя?

— Верно, Ваше Величество, — кивнул слуга. — Как вы и просили, я присматривал за ним.

— Благодарю за работу, и готов выслушать тебя.

Слуга знал предпочтения господина и потому, прежде, чем приступить к докладу, сделал ему горячий чай из разломных трав. Не каждый человек мог пить такой чай, ведь он был токсичен. Но Ульриху он нравился, кроме того, был полезным.

— Александр был накормлен, потом вызван на Хольмганг, — тут бровь Ульриха дернулась. — После поединка его утащили за столы, где он прошел обряд посвящения через рог Изобилия, — бровь Ульриха еще раз дернулась. — После рога он был еще раз накормлен, а вот после этого его снова вызвали на Хольмганг… — слуга взял паузу, а Ульрих забыл о своем чае.

Что-то Ульрих начал нервничать. Его дочь за последние несколько часов уже три раза спрашивала, где сейчас ее друг, и почему он не заходит к ней. А еще сказала, что если он не придет в самое ближайшее время, то она сама пойдет искать его, потому-что у нее к нему есть незаконченное дело, и при этом выразительно потерла кулак.

— Дальше? — взглянул он на слугу.

— Было дальше, — кивнул сдержанно тот. — После нового поединка Одрику из дома Снежной Саламандры показалось, что Галактионов недостаточно устал, и он вызвал его на бой.

— Хм… Он же… Глава дома.

— Был… — поправил его слуга.

— В смысле… был⁈ — поднялся с места Ульрих.

Слуга замялся и понял, что сказал лишнее.

— Ну… Он проиграл, и отрекся от главенства. Передал свой меч сыну и сказал, что теперь это его головная боль, а он не достоин.

— Ух… — выдохнул Ульрих, который не мог понять, как Галактионов мог победить Одрика.

— Хорошо, было что-то еще? — уже не знал, хотел ли он слышать, но все же.

— Было…

— Говори, давай, все! Надоело вытягивать из тебя по одному слову, — Ульрих слегка вспылил, и при этом вырвалась его аура, отчего слуга побледнел и стал говорить… много говорить.

Чем больше он говорил, тем дурнее становилось Ульриху. Галактионова вызывали на бой двенадцать раз, и он прошел три священных рога. И это все при том, что даже крепкие парни сваливаются после двух литров залпом Адского Грога.

С его появлением в зале для конунгов случился самый настоящий самопроизвольный пир, и там всем было весело. Ульрих тоже хотел бы пойти туда, но он должен был работать с документами.