Я знал, что к границе стягивают войска, но проблема была в том, что меня никто не звал с собой. А моя тонкая и ранимая душа требовала мести, и желательно такой, чтобы мое имя, как и имя моих предков, даже боялись вслух упоминать.

Попрощался я с Долгоруковым, сославшись на срочные дела, и засел у себя в кабинете за планированием.

— Мелкий! Тащи сюда мороженку, будем сидеть и думать… — да-да, Шнырька иногда тоже мог гениальный план выдать.

Просидели мы с ним до самого утра, и никого к себе не пускали. За время создания плана мести было сожрано двенадцать килограммов мороженого, и выпито много кофе. Однако, это того стоило.

А утром я обрадовал Волка и Одина, что мы идем на войну. Они, кстати, реально обрадовались, и побежали собираться.

Сейчас для этого самый благоприятный момент, ведь в столице пока все тихо. Кажется, Бурбулис там здорово всех утихомирил. Правда, Волк немного ругался, что времени мало я ему дал… до вечера.

Главная проблема, с которой я не знал еще до конца, как лучше справиться, это защита моего дома. Бурбулиса нет, и Одина я с собой забираю, а значит, надежной защиты в усадьбе не будет. Пришлось все оставить на лапки Затупка, Кары и Цезаря, который с некоторых пор уже, кажется, Пушок. Он даже откликается на Пушка быстрее, чем на Цезаря. Самое интересное, что он хотя и маленький, но такой прожорливый. Стоит сейчас над миской, полностью туда мордашку засунул, и дрожит, как недо-пес, а не великий и могучий Цербер. А Анна бегает заботливо вокруг него, и не может нарадоваться.

Я же находился сейчас на кухне, и получал еду от кухарки, которую попросил заготовить на три дня. Она ее, наверное, сделала на недели две.

— Семеновна, я… как бы.. Не навсегда уезжаю… — попытался успокоить я женщину.

— Бери-бери, ты вон какой худенький, — не хотела она ничего слушать, и продолжала доставать контейнеры с едой из холодильника, выкладывая их на стол.

Вздохнул… Делать было нечего, пришлось забрать. Благо, есть кольцо от Вербицкого, куда можно все сложить.

Затем я отправился на улицу, где меня уже ждал мой «Буревестник», и Москаленко в роли водителя.

— Готов? — спросил я его в последний раз.

— Конечно! Доставлю с ветерком! — весело отозвался он, и мы поехали.

Я предлагал добраться своим ходом, но Волк даже не захотел слушать. А когда я озвучил это предложение Москаленко, то и тот не захотел слушать меня. А все дело в том, что мне нужно попасть, практически, на границу с ханством, и это сейчас не самое спокойное место.

Сперва мы летели с ветерком, потом летели тоже с ним, и под конец я уже побежал сам. А как по-другому, если мне главное не спалиться, и так слишком близко подобрался. Сейчас до границы километра четыре, и скорее всего, если у них есть нужные люди или техника, мой транспорт уже срисовали.