Мария вот только была какой-то смурной, периодически отвечая исключительно на прямые вопросы, и особо не участвуя в беседе, лишь изредка кидая косые взгляды на Анну."

"А вот Голдсмит, похоже, была в своей тарелке. Она деликатно отпивала из высокого бокала шампанское, которое я ей подливал, и искусно поддерживала светский разговор. И только в те моменты, когда на нее посматривала княжна, большие карие глаза моей подруги вспыхивали торжеством. Я не мог этого не отметить. Девушки — такие девушки.

Через некоторое время, когда мы уже перешли к горячим блюдам, у входа послышалось какое-то оживление.

— Ого, ничего себе, сам Вербицкий! — расширились глаза у Андросова.

Я сидел к двери спиной, поэтому мне пришлось развернуться. В зал вошли граф Вербицкий и четверо его спутников — все живые и здоровые. Администратор, согнувшись в три погибели, с бормотанием, какая честь им оказана, повёл их к столику. Для того, чтобы до него дойти, им нужно было пройти мимо нас. Вербицкий с показательно-скучающим видом притормозил возле нас.

— Ваши Высочества, — слегка нагнув голову, поклонился он.

— Здравствуй, Игорь, — протянул руку Андросов.

— И тебе привет, Андрей. Как поживает твой батюшка?

— Спасибо, всё прекрасно.

— Княжна Морозова, княжна Долгорукова, — отдал он дань уважения еще двум моим высокородным спутникам.

Граф и графини даже не удостоились его кивка. А вот на мне он задержал свой взгляд, слегка прищурившись.

Я широко ухмыльнулся.

— Что это вы, господин Абсолют, в ресторанах оттопыриваетесь, когда последний Разлом до сих пор еще не закрыт?

Да, я предварительно посмотрел — операция по закрытию Радужного Разлома всё ещё продолжалась, и на нем не появился статус «Закрыт».

И да, я знаю, что Разломы такого класса часто закрывают не с наскока, а планомерно и подготовлено. Но не смог удержаться, я всё ещё помнил обидный минус в своей репутации.

— Что этот нищеброд делает в компании таких высокородных особ? — скривился Вербицкий. — Дамы, господин Андросов, предлагаю вам перейти за мой столик. Мы сможем вдоволь пообщаться, я расскажу вам последние новости из столицы.

Все разом за столом умолкли, и уперлись в меня взглядами.

Я же продолжал веселиться.

— Нищебродом? — я повернулся к Анне.

 — Анна, это достаточное оскорбление, чтобы вызвать господина Вербицкого на дуэль?

Анна поперхнулась шампанским, и отрицательно замотала головой.

— Ты что, идиот? — послышалось от Вербицкого.

Ну вот, опять… Я широко улыбнулся.

— О, вот идиот — я точно знаю, что достаточное оскорбление! Проследуем на задний двор?

Вербицкий внезапно засмеялся, весело, и от души, запрокинув голову. Я в первый раз понял, что он был довольно видный мужчина — достаточно симпатичный, крепкий, и смех у него был заразительным.