Когда у Ирины из рук выпала старая чашка, раскололась на три части, она присела на корточки, чтобы собрать осколки раньше, чем до них дотянется сынишка, да так и застыла, рассматривая один из них – чем-то напоминавший собаку с завитым колечком хвостом.

Перед глазами сразу встали оставшиеся без хозяина псы в вольере. Те самые псы, которых пообещал забрать Александр. И следом Светлана Георгиевна, тоже похожая на оставшуюся без хозяина старую собаку, которую никто к себе не заберет.

– Не кори себя. – Саша отвлекся от возни с ребенком, подошел, присел рядом, разжал холодные Иринины пальцы, вытащил осколки, ловко закинул в пакет, в который складывался непищевой мусор.

 – Много лет назад твой сосед был соучастником убийства твоего деда. Помнишь изречение: «Мельницы богов мелют медленно, но верно»? Куликова мучила совесть, и умер он оттого, что не вынес этих мук.

– Я не судья, чтобы судить, – тихо сказала Ирина.

– И я не судья. Но вспомни, ты рассказывала, что в детстве вас, детей, пугали тем, что на болотах утонул маленький мальчик.

– Да, Васятка Прохоров.

– Но никто и никогда не рассказывал вам о том, что болота забрали двоих взрослых, одним из которых был твой дед.

Как ты думаешь, почему?

– Ну, для бабушки это было очень болезненной темой. Она боготворила деда и всячески избегала разговоров о его смерти. Даже на могилу никогда не ходила.

– А соседи? Почему про это никогда не говорили соседи?

– Не знаю, – медленно сказала Ирина, – может быть, потому, что им было стыдно перед вдовой, то есть бабушкой. Что не уберегли, не нашли тело, не похоронили по-человечески.

– Им было не стыдно. Им было страшно. Потому что они его убили."

"– Я все думаю над рассказом Полиекта Кирилловича, – призналась Ирина.

 – Тетя Ангелина, мама Вени, была лучшей бабушкиной подругой. И получается, ее муж был дедушкиным убийцей. Мы с Юркой и Пашкой целые дни проводили вместе, а их отцы участвовали в убийстве моего деда. Тетя Маиса носила нам яйца и молоко, а ее сын Полиект сбежал из деревни, потому что был свидетелем того страшного вечера. Это ужасно, Саша.

– Именно поэтому эта тема и была в деревне табу. Про алмазы многие знали. Тот же Семен Ильич, к примеру. Он тогда еще только из армии вернулся, только в школу милиции поступил.

Его в той экспедиции не было, но он откуда-то в курсе. Так что тему никто не поднимал, чтобы правда не вылезла. Но она так уж устроена, правда, что рано или поздно все равно находит дорогу, понимаешь? Когда Полиект Кириллович принял решение начать поиски, он приоткрыл ящик Пандоры. И когда мы нашли тело Вени, страх начал поедать его изнутри. Разрастаться как раковая опухоль. И в конце концов сожрал. Куликов умер от страха, а не от стыда или раскаяния. И именно поэтому не смей чувствовать себя виноватой.