Я стоял у огромного разбитого окна на втором этаже, в бывшей библиотеке, вглядываясь в предрассветный туман, густой и молочный, стелющийся между вековыми, темными соснами. Лес был нашим единственным союзником и одновременно вечной, безмолвной угрозой — в его непроглядной, мшистой гуще мог скрываться кто угодно. Внизу, в главной зале, Альфред, похожий на растрепанного гения-затворника, копался в остатках своего «Генератора», пытаясь понять, какая именно формула или спайка привела к катастрофе. Лия и Алина почти бесшумно пытались навести подобие порядка в этом царстве запустения, их движения были медленными, автоматическими, лишенными всякой надежды.

Именно в этот момент мертвящую, гробовую тишину разорвал отдалённый, но неумолимо приближающийся рокот мотора. Он не был грубым рёвом министерского внедорожника или военизированного джипа. Это было низкое, ворчащее, неторопливое урчание старого, но выносливого и мощного двигателя.

Ледяная стрела пронзила меня, заставив замереть на месте. Внизу все тоже замерли. Альфред выронил паяльник, который с тихим шипением увяз в половице. Лия застыла с пыльной тряпкой в замершей руке. Алина инстинктивно прижалась к холодной каменной стене, её глаза, огромные и испуганные, расширились от чистого, животного ужаса.

«Нет. Не может быть. Этого не может быть. Никто не знал… Никто! Как они нас нашли?»"

"Я резким, отрывистым жестом приказал им замереть и не издавать ни звука. Сердце колотилось в груди с такой бешеной силой, что, казалось, его глухой, частый стук слышен на всю округу. Я пригнулся к подоконнику, затаив дыхание, стараясь разглядеть сквозь пелену тумана и спутанные ветви древних сосен.

Из густой, почти осязаемой утренней дымки медленно, словно призрак, выползло авто. Не современный министерский внедорожник с тонированными стеклами, не полицейская машина с мигалками. Это был старый, брутального вида «Волга» ГАЗ-21 цвета выцветшей хаки, вся в толстых слоях пыли и засохшей грязи, с потёртыми боками и чуть покосившейся решёткой радиатора. Она выглядела как артефакт, как призрак из другого времени, затерявшийся в нашем. Машина остановилась метрах в пятидесяти от дома, замерла, и её двигатель с последним вздохом заглох.

Тишина вернулась, но теперь она была в десять раз более зловещей, налитой ожиданием и скрытой угрозой.

— Кто это? — прошептала Алина, её голос дрожал, сливаясь с шелестом утреннего ветра за окном.

— Не знаю, — сквозь стиснутые зубы ответил я, сжимая рукоятку спрятанного за поясом стилета до побеления костяшек. — Но они нашли нас. Готовьтесь. Возможно, нас ждёт новая битва. Возможно, наш последний бой. Лия — ты за правую сторону, я — за левую.