Его отношение к гостю из западного мира мгновенно переменилось. Несмотря на царивший в городе дух свободного предпринимательства, Шанхай находился в Китае, Китай все еще оставался коммунистической страной, а доктор Лян оказался куда более влиятельным человеком, чем можно было подумать, общаясь с ним на тайваньской конференции.

Портье вызвал носильщика, а доктор Лян вложил в руку Смита ключи от номера.

— К сожалению, мы не можем поселить вас в «люксе», но ваш номер достаточно удобен и просторен. Не хотите ли освежиться, прежде чем ехать в институт?

— Сегодня? — Смит изобразил удивление. — Боюсь, я не в лучшей форме, доктор Лян. Вчера я до позднего вечера участвовал в переговорах и консультациях. Позвольте мне сегодня отдохнуть — и завтра утром я готов встретиться с коллегами.

Доктор Лян смутился:"

"— Да, разумеется, мы так и сделаем. Я велю своим сотрудникам изменить расписание. Но вы не откажетесь поужинать с нами? Мы будем рады показать вам, как красив Шанхай в вечернее время.

Смит подавил желание кивнуть. Это не в обычаях китайцев.

— С благодарностью принимаю ваше приглашение. Но нельзя ли отложить ужин на более поздний срок? До девяти часов?

— Вполне. Мы будем ждать вас здесь. — Лян понимающе улыбнулся, но, когда он заговорил вновь, его голос прозвучал натянуто: — Мы не задержим вас надолго, доктор Смит. Обещаю.

Была ли подозрительность в его словах и улыбке? Или он попросту начинал терять терпение? Вряд ли обычный ученый мог нагнать такого страху на портье. Смит отверг предложение Ляна, которое тот сделал на Тайване, но уже несколько часов спустя намекнул, что будет рад отправиться в Шанхай, причем немедленно. Разумеется, Смит постарался внушить Ляну, будто бы эта инициатива исходит от него, и тем не менее понимал, что у китайского коллеги вполне могли возникнуть сомнения. Однако сроки поджимали, и Смит решился рискнуть.

Однако, даже если Лян что-то заподозрил, он по крайней мере улыбался, когда уходил. Сквозь стеклянные двери Смит увидел, как он остановился у лимузина. Откуда-то появился водитель. Он быстро и нервно что-то сказал Ляну, потом оба китайца забрались в машину, и лимузин умчался прочь.

Коридорный уже унес чемодан. Смит поднялся в лифте на нужный этаж и отыскал свой номер, продолжая размышлять о докторе Ляне и водителе, который осматривал двигатель, явно в этом не нуждавшийся, а также о темно-синей «Джетте». Чемодан стоял в комнате, коридорный ушел — в Китайской Народной Республике чаевые не приветствовались.