И не хочу делать тебе больно. Мне очень надо закончить с одним делом. Не волнуйся, я не собираюсь никого убивать, мне нужно просто найти ответы, чтобы понять, как жить дальше. И после я смогу сказать, что ждёт нас. Вот, блин, накрутил тебе тут.

– Я верю тебе, – вдруг сказала Улада понимающе.

– Правда?

Девушка кивнула.

– Ну, тогда оставайся. Путята ещё много торговать будет по городам разным, езжай с нами. Летом ты нам в походах ещё пригодишься, кто же так вкусно готовить будет, а осенью всё решим.

– Хорошо, останусь. Вы же все без меня пропадёте, и вши вас в трюм утащат.

Улада чмокнула Данилу в нос.

– Хорошо, Уладка, что ты согласилась, – пробурчал рядом Шибрида. – Я к твоей стряпне уже привык. А сейчас будет вам миловаться. Собираться пора, в Киев сегодня прибудем.

И всё равно поутру торговые гости собирались медленно и вальяжно. Сказывалась близость конца путешествия и осознание того, что ничто не посмеет ему помешать. Не водится во владениях Владимира, на землях его Руси, разбойников.

«Лебёдушка» отшвартовалась от берега, когда ещё длинные тени могучих дубов и вязов падали во всю свою длину на речную воду.

Немного заняло времени выйти на стрежень, а дальше быстрое течение само понесло ладью. Словно специально желая облегчить последний отрезок пути, подул северный ветерок. Поставили парус. Вёслами никто не работал – на кой? Появились первые рыбачьи лодки, затем встретились попутные купеческие ладьи, тоже идущие к Киеву.

Данила всё ожидал, когда же он увидит стольный город не как раб, а как свободный муж, а значит, сможет его разглядеть во всех подробностях. Лес сменили поля, вернее так – поле, степь, кое-где распаханная, на которой уже появились первые всходы.

"

"Данила сначала подумал, что это какой-то странный лес растёт или роща, но по приближении он начал различать ровные линии построек. Это был город. На одном из высоких холмов, которые так часто встречаются на правом берегу Днепра, стоял деревянный кремль, детинец по-здешнему, обнесённый частоколом. Ниже виднелись дома, немаленькие, если судить издалека, тоже защищённые отдельной стеной. А ещё ниже, ближе к реке, весь холм устилали посады, как грибы на пеньке, – жилища простых бедных горожан. Южные окраины Киева упирались в резкие обрывы холмов, а вот против течения Днепра вдоль берега тянулись мелкие домишки, иногда стоящие почти у самой воды.

Именно эти хижины первыми встречали путешественников с Севера. Молодцов вспомнил убогий план города, запомнившийся из школьного учебника, и понял, что через пару сотен лет эти кварталы назовут Подолом.

Последней стала видна пристань. Возможно, Данила отвык просто от больших городов, но ему она показалась просто огромной, заполненной небывалым количеством судов всевозможных размеров.