Данила схватил её русые локоны, с силой потянул на себя, другой рукой поднырнул под живот, сжал полные груди, а после опустился вниз, к паху, и стиснул интимные косточки.

Он даже не расслышал криков девушки, совсем обезумел, когда ощутил пульсацию и напряжение лона, в которое он вторгался. Опять схватив девушку за бёдра, Данила в несколько рывков излился в Уладу, рыча от вспышек удовольствия.

Опустошённый и усталый, он рухнул на кровать рядом с Уладой. Та всё ещё дрожала после испытанного. Молодцов сгрёб её в объятия, притянул к себе, ласково поцеловал, успокоил. Девушка задышала нормальнее, словно кошка, потёрлась всем телом о своего мужчину.

Обоим было трудно отходить от такого кайфа, но первой пришла в себя, конечно же, Улада. Она ловко высвободилась из объятий – Данила не препятствовал, – спрыгнула с постели и тут же воскликнула с негодованием:

– Вот ведь гад этот держатель, только полкувшина вина здесь оставил, и кваса почти нет, – впрочем, возмущение её было наигранным, злиться по-настоящему сейчас Улада не могла. – Ладно, ничего. Держи, любый мой, я ещё сейчас принесу.

Данила сделал лишь один глоток и ухватил девушку.

– Нет, стой, ты сейчас такая…

Он запнулся, подбирая слова: «невероятная», «сексуальная» – нет, слишком новое слово, – «милая»?

– …Волшебная. Не хочу, чтобы тебя такой кто-то другой видел. Я сам.

– Да, ну хорошо, только не задерживайся, милый.

Данила спустился по лестнице, остановил подавальщицу в грязном, заляпанном, страшно подумать чем, фартуке, велел принести попить. Та кивнула и шмыгнула куда-то, попросив подождать. Молодцов остановился у сооружения, напоминающего барную стойку. Тут-то его и окликнули.

– Эй, ты случайно не из людей ли Воислава будешь?

Вот это номер! Данила точно расслышал вопрос (и даже по голосу, грубому, хриплому, постарался оценить человека), но виду не подал.

Раздались шаги, скрип половицы – и в поле зрения появился викинг: рыжий, косматый, глаза голубые, заметное брюшко свисает над поясом, но ручищи – сплошные жилы. Он небрежно облокотился на стойку.

– Я, кажется, задал вопрос?

– А что мне с того?

«Блин, где же Клек? Надо было спросить, куда он пойдёт, может, его и вовсе в этом борделе нет. На помощь звать неудобно», – размышлял пока Данила.

– Ты считаешь ниже своего достоинства со мной разговаривать? – вкрадчиво поинтересовался викинг, при этом скандинавский акцент стал заметнее.

Знакомый трюк – Клек с Шибридой тоже им пользовались, когда «обрабатывали» особых упрямцев. Нельзя сказать, что Молодцова не пробрало, но ему нужно было сохранить лицо.

– Представься сначала, тогда я решу: буду с тобой разговаривать или нет, – всё так же нагло отозвался Молодцов, идти на попятную было уже поздно.

Хорошо хоть пояс с ножом надел. Меч остался у Улады.