Его одежда была разорвана, а на коже виднелись красные следы от наручников: — …дру-у-у-жбе?

Активировав Предвиденье и Эхолот, я потушил свечи, а затем отбросил канделябр. Теперь мы остались в кромешной тьме!

— Володя… — трясущимися от ужаса губами шептала Княжна: — Володенька, ты где?!

Я молчал, с жуткой ухмылкой наблюдая за тем, как к ней медленно, но верно приближается самый заботливый божок из всех.

— Володенька… — она ухватилась за рукав, а затем вытащив мобильник, включила фонарь: — Володенька, это…

— Здра-а-а-а-а-асть… — жуткая ухмылка исказила и без того страшную физиономию Пауля.

Испуганный девичий визг ещё долго эхом облетал все Берендеевские подземелья…

Глава 15"

"«…Генетическая гибридизация — вне всяких сомнений одна из самых перспективных отраслей генной инженерии! На данный момент человечество достигло небывалых высот в медицине, науке и технике за счёт зарницы. Но волшебников слишком мало, и их на всех не хватает. Почему пациенты из провинции подвержены, куда большему риску? Разве они хоть, чем-то отличаются от жителей больших городов? Разве же мы можем называть их «людьми второго сорта»? Нет! Поэтому в 1972 году мы запустили инициативу «Идеальный код». Наша задача — модернизировать уже существующие породы домашнего скота, птицы, рыбы, сортов растений и штаммов микроорганизмов. И всё это — для улучшения качества жизни граждан, которые проживают в отдалённых районах. Укрепить иммунитет, увеличить физическую силу и срок жизни — вот наши основные задачи! И сейчас — мы стоим на пороге величайших открытий! Если хочешь стать частью нашего коллектива — приходи в НИИ имени Йозефа Штаузера по адресу г. Варшава ул. Фоксаль строение 4! Внеси свой вклад в будущее страны!»

Источник: вырезка из рекламного буклета НИИ имени Йозефа Штаузера 13 января 1975 года.

Мой план удался!

После встречи с Паулем, Софья наконец-то сняла маску. Стала живой и настоящей, ибо притворятся уже просто не было никакого смысла.

Конечно, ей пришлось с пониманием отнестись к дружелюбному лабрадору, поскольку Княжна сама проигнорировала мои предупреждения. А я стоял над ней и тихонько усмехался, безмолвно произнося губами ту самую страшную фразу: «А я ведь говорил!»

Правда, это продолжалось недолго. Всё же, я не настолько лютый садист, поэтому через пять минут вывел девушку на поверхность.

А вот тут-то маска и упала.

Вместо хитрой манипуляторши передо мной оказалось довольно грустное существо. Совсем поникшее, и как будто очень уставшее.

Но больше всего меня поразили её глаза… Вместо хитрого блеска там теперь отражалась бездонная тоска.