Но лично у нас после того, как отец вышел из группировки — вообще денег не было! Мне тогда исполнилось шесть. Мать не выдержала. Оставила нас с отцом… укатила, с каким-то помещиком в Европу. Мы переживали не самые лучшие времена. Времена постоянных ограничений. Но затем отец подобрал первого сироту. Потом второго… Хотел получать с них льготные выплаты. А, спустя две недели он увидел новость о том, что в Питере детишки организовали подпольный клуб дуэлянтов, зарабатывая на ставках. Бизон сильно вдохновился и начал устраивать сражение между своими подопечными, облапошивая дворян на тотализаторе.

Через месяц у нас было четырнадцать детишек. Четырнадцать бравых воинов! По крайней мере — так говорил отец. Деньги потекли рекой… Сперва, мне всё это даже нравилось. А потом я увидел, как один мальчишка сломал другому челюсть. Я видел кровь… Много крови. Иногда ребятишки не сдерживались. Сражались чисто на инстинктах. И… до меня постепенно начал доходить весь ужас ситуации! Когда я впервые завёл разговор об этом — отец избил меня. Жёстко… Он сказал, что я не ценю всего, что он для меня делает. Что я — отвратительный сын. .. Но, как объяснить, что драки детей, собак и птиц — вовсе не то, на что лично я могу спокойно смотреть? Да… в шестнадцать лет мне снова пришла мысль обговорить этот вопрос с отцом. Почему, спросишь ты? Да, потому что одна девочка серьёзно покалечила другую. Я взял все скопленные деньги, чтобы обратиться к лекарю… У меня, конечно, получилось спасти её. Но сумма была очень большая. Я бы не потянул второй такой случай.

— А ты у нас благородный.

— Сейчас не до сарказма… — хмыкнул парень.

— Нет-нет! Я на полном серьёзе.

— поспешил заверить Искандера я.

— В общем… ситуация была дерьмовая. Отец вновь избил меня. Сказал, что я неблагодарный сучонок. Тогда он предложил мне выкинуть их всех на улицу… Он рассказал, что там они станут жертвами маньяков и прочей гадости. Я поверил. И единственным вариантом было поддерживать Бизона, чтобы дети не остались на улице.

— Почему ты не предложил сдать их в социальную службу? — спросил я.

— Тупо не знал про существование оной. А для отца всё было, куда проще… Зачем сдавать гладиаторов? Пускай трудятся на арене.

— А, где вы их вообще находили?

— Это же Москва. Тут много всего «интересного». Это вам — дворянам, ничего не видно из-под тонированного стекла. А, у столицы, между прочим — есть много социальных язв… Первого бродяжку мы нашли под мостом. Он толком и говорить не мог. Даже не рассказал, откуда родом, и почему остался на улице. У второго родителей убили за долги… Он боялся сиротского дома, поэтому сбежал на улицу. Да там у каждого история такая, что потом сердце хоть доставай и забинтовывай.