Председатель вздохнул, погрузил в «Газик» три бараньих туши, два ящика водки и поехал к военным. На восточной границе его пастбищ располагалась воинская часть, основной задачей которой было слежение за космическими объектами вероятного противника и управление собственными спутниками военного назначения.

Офицеры, одуревшие от жары, пыльных бурь и степного однообразия, встретили Председателя душевно: быстро организовали мангал, сняли с поста рядового Бишбамбекова и поставили к мангалу. Бишбамбеков по-русски говорил плохо, зато шашлык готовил быстро и вкусно. Когда кончилась водка, а мяса оставалось ещё на одну пьянку, офицеры бросили на заднее сиденье председательского «Газика» увесистую пачку фотографий большого формата и, пошатываясь, потянулись к домам офицерского состава.

На следующий день Максимыч, цокая от удовольствия языком, трепетно перебирал фотографии участков местности, выполненные с российского разведывательного спутника, с очень хорошим разрешением.

…Был жаркий сентябрьский вечер. Багровое солнце коснулось раскалённым краем опалённого степного горизонта, когда в чистенький наполненный кондиционированной прохладой офис Председателя усталой походкой вошёл пропылённый, пахнущий полынью и бензином Максимыч.

Председатель только что побрился и принял освежающий душ. В планах на этот вечер у него было посещение местной больницы, где он намеревался попасть на приём к вчерашней выпускнице Волгоградского мединститута, чтобы измерить, а если повезёт, то и стравить давление. Красавица-калмычка в белом халатике на голое тело давно занимала его мысли, и сегодняшний вечер он хотел посвятить исключительно ей.

Визит Максимыча был явно некстати.

– Ну, ветеран геологоразведки, говори, что нащупал! – через силу пошутил Председатель, завязывая перед зеркалом галстук. – Нашёл нефть?

– Нефть? Нефть на твоей территории имеется, но «тяжёлая», в том смысле, что её мало и в ней много смолистых фракций, парафина и других примесей. Перерабатывать такую нефть трудно, да и залегает она очень глубоко. Так что нефтедобыча будет нерентабельной, себе дороже! – как-то равнодушно произнёс геолог.

– Чем ещё порадуешь? – раздражённо спросил Председатель, отбрасывая на кресло яркий галстук. – На кой хрен в такую жару он мне вообще нужен? – пробормотал хозяин офиса и вопросительно взглянул на геолога.

– Ещё хочу однозначно заявить, что ни угля, ни марганцевых руд на твоём участке нет.

– А что есть? – уже не скрывая раздражения, спросил нетерпеливый любовник, которому до смерти хотелось увидеть раскосые глаза молодой медички и прикоснуться к маленькому, но упругому девичьему бюсту.