– Мы живем своей жизнью под мудрым… – начала она священный гимн, но царь вновь поднял руку.

– Не это.

– Ну… Мы живем тут. Люди живут на земле. Некоторые кромешники живут среди них. Некоторые люди знают о них.

– О чем ты вела вчера разговор с сестрой?

Ассо кашлянула: горло сковал спазм.

– Мы просто просили нянюшку рассказать нам сказку на ночь. Ки вспомнила о Мелюзине, а я давно не слышала историю Эгле.

– Вы говорили оботношенияхмежду мужчиной и женщиной, не так ли?

Ассо молча потупилась, но про себя дерзко отвечала: а какие девочки об этом не задумываются?

– Пришла пора тебе узнать о том, каковы могут быть отношения между нами и людьми, – провозгласил отец, не дождавшись ответа.

– Зилла проводит тебя, выдаст тебе соответствующий наряд и инструкции. Ты отправляешься на поверхность, Ассо, и пробудешь там год. Через год ты можешь вернуться домой. Можешь не возвращаться. – Он взмахнул рукой, будто отгоняя назойливую рыбу, хотя в тронном зале отродясь не бывало рыб. – Можешь сходить замуж, если так сложатся обстоятельства. Не забывай об Эгле. О Мелюзине. Помни все сказки, которыми потчевала тебя нянюшка. Они не просто так сказываются. Люди коварны. Сегодня они говорят одно, завтра другое, они не хозяева своему слову, как мы. Живя среди них, не пробуй вести себя, как они, Ассо. Ты не такая. Ты будешь выглядеть как человек, но ты им никогда не станешь. Когда тебе наскучат эти бренные люди, можешь вернуться, но не раньше, чем через год.

«А если я не хочу?!» – вскричала Ассо, но только про себя. Она никогда раньше не слышала о таком обычае, похожем на службу в армии у людей, но тирады отца хватило, чтобы сделать однозначный вывод: ее мнения тут не спрашивают.

Она снова склонила голову.

У выхода из зала ее уже поджидала Ки, которая без лишних слов бросилась ей на шею.

– Как я тут буду одна! – завыла она, и Ассо пришлось утешать сестру вместо того, чтобы волноваться о собственной участи.

Впрочем, Ки оставалась совсем не одна, у нее тут была мать.

Впереди по коридору возникла фигура Зиллы. Надо отдать ей должное, она терпеливо ждала, пока Ки прорыдается.

– Одежда и инструкции, – сказала она затем. – За мной.

Глава 5

Денис вышел на улицу и полной грудью вдохнул весенний воздух. Было тепло и сухо, как бывает в конце апреля, когда воздух прозрачен и прогрет.

На Дениса вновь накатило острое чувство несправедливости происходящего. Ему не терпелось поделиться с Васькой захлестывающими его эмоциями, рассказать ей обо всем, что ощущает, но ведь именно она была причиной всех этих мучений, и именно ее отсутствие и вызывало все эти чувства! Какая-то ирония судьбы, честное слово. Василису надо было вернуть хотя бы затем, чтобы с нею поговорить, чтобы объяснить ей… или обвинить ее? Нет. Он даже помотал головой.