Переждав, когда голоса сконцентрируются в радиусе кухни, я выскочила в коридор. Набрав побольше в грудь воздуха, я ломанулась к выходу. Судя по всему, из открытой двери комнаты отдыха весь директорский состав радиостанции будет смотреть, как я улепетываю со всех ног. В последний момент, прежде чем пулей выскочить за дверь, я стала вспоминать взяла ли диктофон. Оказалось, что взяла. Надо же. Везет-то как…

Я резко захлопнула дверь и сбежала по ступенькам, коленка тут же заныла. Да и ребра все еще напоминали об утреннем сальто.

– Блин, – буркнула я и с пинка открыла подъезд.

Дворник долбил лед дальше. На улице потеплело явно, с крыш стало капать, солнце светило вовсю, и только у меня было настроение не солнечным. Я стала обходить машины, припаркованные чуть ли не у крыльца.

– Понаставят тут, уроды… – снова буркнуло мое возмущенное я. Я хотела перескочить через рыхлую кашецеобразную лужу и поскользнулась. Почувствовав, что падаю, стала хвататься за воздух руками. В итоге я чуть не упала на зад..цу, но удержалась. Зато локтем шарахнулась об торчащее зеркало машины. Не могу сказать, что было больно, но это стало последней каплей. В первую секунду я испугалась, что сработает сигналка, но во дворе стояла тишина. Только дворник долбил лед. И тут у меня выплеснулось все: и гомосексуалисты, и Данил Олегович, и ребра… Я размахнулась и пнула колесо злосчастной машины, а потом… А потом я увидела значок 'Мерседеса'… А в следующую секунду на весь двор раздался вой этой долбанной машины. Я испуганно оглянулась на окна комнаты отдыха, которые, как назло выходили сюда… Упершись обеими руками о подоконник, прямо на меня смотрел владелец синих глаз.

– Ма-а-ама… – проблеяла я испуганно и неожиданно для себя самой со всей прыти побежала в сторону остановки. Я бежала, было жарко, нога болела, ребра тоже. Я бежала и думала: вот дура, вот дура, а!!! Это ж надо так опростоволоситься!!! Постепенно я начала хихикать, а потом и хохотать на всю улицу. Сначала сбавила газ, а потом и вовсе встала, согнувшись от смеха пополам. Прохожие смотрели на меня, как на дуру.

Я достала мобильник, набрала Маню.

– Аллё, – шепотом ответила она.

– Ма…Ма…Манька, не могу… – давясь от смеха, сказала я.

– Я на лекции, – так же шепотом ответила она, – ты что плачешь???

– А-а-а-аха-ха, – то ли заскулила, то ли завыла я от смеха.

– Подожди… – раздалось шептание в трубке.

Я подошла к остановке. В больницу к доктору по сексу было четыре остановки в объезд на трамвае или по диагонали через парк Горького пешком минут пятнадцать. Перезвонила Маня, наверное, вышла из аудитории. Я решила идти через парк.

– Алле, – ответила я.