Необыкновенно синие глаза смотрели на меня в полном изумлении.

– А вы что, бежали за мной, потому что решили, будто я гей?

– Да нет, конечно, – сердито ответила, – меня зовут Марина, радио 'Любимая волна', не могли бы ответить на один вопрос?

Пока я это спрашивала, быстро включала диктофон. Тот, как ни странно работал, только корпус был оцарапан.

– И какой же вопрос?

Я нажала на кнопку записи и четко спросила:

– Как вы относитесь к гомосексуалистам?

Его брови подскочили вверх.

– Это поэтому вы бежали за мной? Задать вопрос?

Парень, хоть и красивый, начинал меня раздражать, к тому же ребра и ладони болели:

– Нет, блин, автограф взять! Конечно, поэтому! – резко сказала я, чего обычно не позволяла себе, даже если меня посылали на три буквы.

– Хм-м-м, – он улыбнулся, – нормально отношусь к сексуальным меньшинствам.

Я со стоном вырубила диктофон. Ну, на кой черт я за ним понеслась? Мало того, что упала сильно, благо не сломала ничего, так этот гад, хоть и красивый, даже не ответил нормально. Конечно, можно попробовать, как учит журналистика, позадавать вопросы, на которые нельзя ответить да или нет, вывести его на развернутый ответ. Так один фиг он положительно относится к геям, что с него возьмешь-то??? У меня отрицательных почти нет. А надо!

Я нажала стоп, сунула диктофон в сумку, махнула на красавца рукой и, прихрамывая, поплелась дальше.

– Девушка, – позвал он, – может, вам все-таки чем-то помочь?

Я оглянулась, посмотрела на него и тут такое выдала… Короче, журналист из меня ни к черту, ибо я сказала:

– А не могли бы вы как можно негативней отозваться о гомосексуалистах, а то бесит уже искать таких, все к ним привыкли что ли…

Он посмотрел на меня удивленно, а потом расхохотался… Боже ты мой… Бывают же такие красавцы. Сам темноволосый, смуглый, загорал что ли где-то??? Ну, еще бы, это только мы ждем сезона горящих путевок, а такие как он каждые выходные могут на отдых летать…

– Ну, хорошо, давай попробуем.

Я сначала удивилась, а потом обрадовалась, включила диктофон и подсунула ему микрофон. Ростом он был не менее ста восьмидесяти сантиметров, так что я, будучи пониже сантиметров на двадцать, задрала руку и стала ждать.

– Не могу сказать, что как мужчина, испытываю к гомосексуалистам симпатию. На мой взгляд, мужик должен быть мужиком. Но это мое мнение. А у каждого оно разное. И если им нравится однополая любовь, то это их выбор, их жизнь.

Нда, отрицательного маловато, но все-таки поразвернутей, чем все предыдущие.

– От спасибо, от благодарствую, – приговаривала я, выключая диктофон.

– Может, вас все-таки подвезти??? – спросил он.

Эх, Маришка-а-а, что ж ты творишь, отказываешься от такого предложения!!!

– Нет, спасибо!!! Работать нужно! – с натянутой улыбкой сказала я.