– Я всегда буду тебе другом. Но мы слишком давно знакомы, чтобы начинать жить вместе.

Он молча поднялся и пошел к двери.

Проводив Валентина, Лада вернулась на кухню и взяла кусок сыра. Автоматически работая челюстями, она напряженно размышляла, правильно ли поступила, отказавшись от мечты всей своей жизни. Ведь она мечтала о Валентине до той самой секунды, пока он не возник у нее на пороге с предложением! Вдруг у нее просто шок? Вдруг завтра она горько пожалеет? Что ж, тогда отыграет назад, она ведь не сказала Сумарокову, что давно живет с другим мужчиной.

Но даже если пожалеет… Даже если поймет, что любит Валентина по-прежнему… Никакая любовь не стоит предательства.

Она заглянула к дочери – та сладко спала. Утром вернется Олег, и Лиза радостно побежит его встречать. Это ее жизнь, это ее, Ладино, счастье.

Может быть, она до сих пор любит Валентина, но сегодня она освободилась от него. Двадцать лет она провела в тюрьме, целых двадцать лет!

Но она это заслужила.

Лада осторожно подошла к самому тяжелому своему воспоминанию, которое столько лет старательно вычеркивала из памяти…

Это случилось в дни Сониной смертельной болезни.

Как у всякого врача, у Лады была своя тайная заначка препаратов – в перестроечные годы с лекарствами было очень плохо. Иногда старшая сестра сознательно выписывала в больничной аптеке больше лекарств, чем требовалось. Иногда препараты оставались после выписавшихся или умерших больных – именно таким образом в Ладиной заначке образовалось несколько ампул баснословно дорогого антибиотика, того самого, который безуспешно пытался купить для жены Валентин. Узнав, что выздоровление Сони зависит от этого препарата, Лада горько пожалела о своей бережливости!

Если бы антибиотика не было, ее совесть была бы чиста…

Она не дала препарат, оправдывая себя тем, что Соня лежит в другой больнице, а она ответственна за собственных пациентов, которым ничуть не лучше, чем Соне, и у которых нет заботливого мужа. Кроме того, она ведь уже отдала Валентину все деньги, которые у нее были!

Потом, когда они вместе с Валентином получали справку о Сониной смерти, врач, принося дежурные соболезнования, сказал, что антибиотик, наверное, все равно не помог бы. Эх, если бы знать наверняка!

Через неделю Лада использовала эти несчастные препараты для парня с тяжелой травмой. А через две убедила себя, что никаких ампул у нее и не было. Соня умерла от запущенного митрального порока, и она тут абсолютно ни при чем.

Но она была виновата, вот и заплатила за свое преступление двадцатью годами рабской любви. А сегодня наконец освободилась.

Да, она свободна. Она отбыла наказание. И может жить так, как хочет сама, не думая больше, насколько каждый поступок приближает ее к Валентину.