Он чувствовал, Марина простила бы ему даже секс с чужой женщиной в их супружеской постели, но если другая станет распоряжаться на ее кухне и кормить его… Этого надругательства над семейным очагом она не перенесет.

– Может быть, устроить консультацию? Говори, не стесняйся.

– Не тревожься, я потихонечку справляюсь. Не переживай за нас.

Он почувствовал, как Лена напряглась в его объятиях, и сообразил, что невольно причинил ей боль. Это «за нас»…

Скрывая обиду, она закурила.

– То есть мое участие не потребуется тебе ни при каких обстоятельствах? – уточнила она.

– Да, Лена, так будет лучше.

– Как хочешь. Жаль, я ведь очень хорошо к тебе отношусь.

– Я к тебе тоже, и ты это знаешь.

– Я не про любовь.

– Понимаю.

– Вот и ладненько. У тебя сейчас куча забот, так что ты не думай хотя бы о нас с тобой. Было и прошло, а лучше – будто ничего не было!

Лена засмеялась, звонко поцеловала его в щеку и убежала, оставив Георгия размышлять о том, какой он старый и неудалой. Легко сказать – было и прошло. Неужели у нее все перегорело так быстро?

Он загрузил принесенный Леной диск и попытался сосредоточиться на работе. Страдать от несчастной любви недопустимо в его положении, а главное, глупо. Мучиться имеет смысл, если у тебя есть хотя бы тень надежды, а у него ее не было. Бросить Марину в беде будет так гнусно, что счастливая жизнь с Леной не принесет ему радости."

"Черт побери, нужно немедленно перестать думать о Лене, но как? Если ему удается не бежать за ней, только вцепившись в ручки кресла?

…Чем же нам разнообразить завтрак, посластить, так сказать, начало трудового дня? Кстати, домашние, зная, что их ждет приятная и вкусная трапеза, легче и быстрее встают, не досыпая минутки на унитазе и перед раковиной с зубной щеткой во рту.

С точки зрения медицинской науки если каша закрывает углеводную составляющую нашего рациона, то вкусненькое должно состоять из белков и жиров. Говоря по-простому, это рыба и мясо. Сыр тоже можно, но не часто. Покупайте дорогой сорт и подавайте не чаще раза в неделю, тогда в семье к этому продукту сформируется здоровое европейское отношение, то есть сыр – это деликатес.

Марина захлопнула блокнот. Очередная порция готова, Юля на днях заедет, заберет. Марина писала от руки, потому что в последний момент отказалась от ноутбука – побоялась, что в больнице его могут спереть.

Накинув куртку, она вышла в больничный сад. Она заставляла себя гулять все отпущенное для этого время, нарезала круги по парку. Встречая других пациентов, вежливо здоровалась, но знакомиться ни с кем не хотела. Не то чтобы она боялась психически больных, просто инстинктивно сторонилась чужих проблем.