В атмосфере вновь кружила какая-то морось, порывы промозглого ветра иногда заставляли передергивать плечами, от одного только вида мокрых тротуаров и луж хотелось стиснуть зубы… Зато в них отражались огни, дышалось легко, и окна уютных кафе манили и казались еще уютнее. Наконец Лука свернул к одному из них, открыл стеклянную дверь — и их сразу обволокла и окутала негромкая живая музыка, тепло и приглушенный свет. Мягкие кресла и диваны, природные ненавязчивые цвета и скромность лофт-интерьера скрашивали лишь отдельные акценты роскоши в виде сверкающих люстр, зеркальных потолков и ярко подсвеченного неоном бара.

— Вы будете вдвоем? — уточнил официант.

— Да. Нам где потише, — бросил Лука, придирчиво осматривая двухъярусный зал.

Их отвели к столику на втором уровне у панорамного окна и оставили одних. Внизу все столики оказались заняты. Наверху же зал был заполнен от силы на треть. Атмосфера и правда была спокойной и располагающей к беседе.

— Ты бывал здесь раньше? — поинтересовалась Кристина, когда он помогал ей снять пальто.

— Да, здесь неплохой выбор вин и не пробиться, когда выступает кто-нибудь популярный.

Сегодня, как видишь, затишье…

Они уселись напротив в глубоких мягких креслах с высокими спинками. Лука тут же закурил, с наслаждением затягиваясь и неспешно выдыхая дым. Кристина невольно следила за его пальцами и губами, чувствуя, что и он ее изучает, считывает какую-то только ему одному ведомую информацию. К щекам прилил жар, губы пересохли, в животе кружила воронка.

— Что будешь пить? — Короткий холодный взгляд в глаза и слегка приподнятая бровь.

— Что-нибудь полегче…

Она не стала вмешиваться, когда он заказал бутылку баснословно дорогого вина и какие-то легкие закуски.

Просто старалась не растерять последние остатки смелости рядом с этим мужчиной. Пытаясь понять, что же в нем изменилось за эти годы, пришла к выводу, что все и ничего. Внешность стала чуть грубее, но это лишь добавило ему мужественности и харизмы. Взгляд потемнел, стал еще более пресыщенным, непроницаемым и горделивым. Каждая черта и жест говорили о полной, несокрушимой самоуверенности, которая одновременно восхищала и пугала. Опасный и бескомпромиссный тип. Его кажущаяся уступчивость и готовность к диалогу, скорее всего, были обманчивой иллюзией… Сейчас он хотел быть снисходительно вежливым, дать ей ощущение свободы, но вовсе не факт, что так будет и дальше.

— Ты хотела задать мне какие-то вопросы… — сам подтолкнул он, отпивая немного вина. Кристина последовала его примеру, чтобы расслабиться. Тщательно взвешивая слова, она произнесла:

— Я не знаю, зачем ты меня позвал и какие у тебя цели… Но в любом случае, я должна чувствовать себя в безопасности.