Эта схватка была давно ей проиграна — оставалось лишь отдаться без остатка и позволить наслаждению захватить ее… Грубые рывки сзади за платье, требовательно расстегивающие ее корсет, вызвали новый приступ дрожи. Мужские пальцы жадно сжали груди и выкрутили соски, проникнув под ослабленный корсет. Лука прижал ее к себе спиной, устроившись полулежа на дне лодки. Рука скользнула между бесстыдно расставленных женских ног, пальцы поиграли со скользкими складочками, доведя девушку почти до полного исступления, а потом принялись ритмично трахать горячую текущую щелку. Лодка опасно закачалась, Кристина нетерпеливо задвигала бедрами и издала жалобный стон, требовательно впиваясь в его губы и судорожно хватаясь за его руки.

— Тише, солнышко… — прорычал он страстно, не останавливаясь ни на секунду, до боли стискивая в объятьях эту бессовестную святую невинность и чувствуя пальцами ее напряжение и пульсацию. — Ты же не хочешь, чтобы мы перевернулись… — Кристина задрожала в судорогах оргазма. По его кисти потек ее теплый сок. Вогнал в нее пальцы на всю длину, позволив ей самой найти темп и прийти в себя, наслаждаясь волнами блаженства…

— Да уж… Глупо было бы утонуть в день собственной свадьбы… — немного отдышавшись, пролепетала она, тихонько смеясь в ответ на его едва слышный смешок ей на ушко.

— Тем более в таком виде… — прошептал он, лаская губами ее щеку и шейку, проходясь пальцами по женской груди под корсетом с твердыми бусинками сосков и ласково поглаживая ее гладко выбритые сочные губки между ног.

— Лука? — вдруг нервно выдохнула она, нежась в его объятьях и чувствуя себя практически голой и необыкновенно прекрасной.

— Да, солнышко? — откликнулся мужчина.

— Я… — девушка затаила дыхание, — я люблю тебя… — В этих словах было столько детской искренности и головокружительно прекрасного чувства, что по его телу прокатилась волна жара.

— Серьезно? — скептически приподнял бровь он, продолжая ласкать эту бесстыдницу, вздумавшую откровенничать. — Главное, вовремя это осознать.

— Не шути так… — нахмурилась его посерьезневшая невеста. — Я всегда боялась тебе признаться. Думала, ты тогда потеряешь интерес и… — она резко замолчала, не находя подходящих слов.

— Я всегда знал о твоих чувствах, девочка, — он поцеловал ее в слегка взмокший лоб, ласково усмехаясь. — И никогда не терял к тебе интерес. Ты слишком идеально мне подходишь, чтобы я смог легко от тебя отказаться. Просто ты слишком упряма, чтобы признавать некоторые вещи.

— Например какие? — ответила иронией на иронию она.