— Что это значит? — мужской голос резко похолодел, брови нахмурились, глаза потемнели, пальцы крепче сжали волосы на затылке, и мужское лицо нависло над ее, вынуждая залиться жаром.

— Эт-то значит, что я не могу принять… т-такой дорогой подарок от тебя… — наконец высказала она все, что должна была.

— Что, прости? — в резком голосе послышались высокие нотки недопонимания и низкие глубокие ноты нанесенного оскорбления. Кристина высвободилась из его хватки и отступила спиной к зеркалу, замечая, что на них смотрит находящийся неподалеку персонал и случайно вышедшие прогуляться гости.

Девушка стала судорожно расстегивать ожерелье, сняла и тут же протянула ему, а когда он не взял, положила в коробочку на столе, чувствуя, как пальцы предательски дрожат.

— Я правда не могу, Лука… — тряхнув головой, на этот раз уверенно и даже упрямо произнесла она. Мужчина заставил себя набрать в грудь побольше воздуха, чтобы утихомирить поднимающуюся ярость.

— Может, объяснишь вразумительно почему? — стальные глаза смотрели отчужденно, дико, хищно.

— Потому что у нас с тобой не те отношения, чтобы… — начала она, но договорить не успела.

"

"— А какие у нас должны быть отношения, чтобы ты наконец поняла, что мне дорога? — рявкнул он, заставив вздрогнуть.

— Я… я не знаю… я просто… — По коже пробежался ледяной озноб при виде исказившегося в гневе мужского лица.

— Тогда убирайся! — прошипел он вдруг яростно и презрительно, демонстрируя звериный оскал.

— Что?.. — тут же взвилась на этот резкий окрик.

— Ты слышала! Пошла вон со своей чертовой гордыней!

— Да ты просто… — договорить не смогла, захлебнулась изумлением, потом стыдом, оттого что все это происходило на глазах у посторонних людей, потом гневом.

Кровь разом отлила от лица, от рук и ног, вместе с ней отхлынули и силы, вызывая дрожь и слабость во всем теле. — Сам иди к черту! — прокричала сквозь слезы, развернулась и стремительно понеслась к выходу.

— Да! Да, Кристина! И я пойду! — закричал он ей вслед, оглушая и добивая. — Я именно такой! Какое бы ты оскорбление ни придумала! Поэтому пошла к черту! Мне надоели эти игры в ледяную статую! Чего тебе еще нужно?! Я развелся! Я хрен знает сколько времени ищу с тобой встречи! Чего ты хочешь? Чтобы на коленях перед тобой ползал и прощения просил?!

Слезы пеленой заволокли глаза, когда она, ничего не соображая, на бегу накинула на себя полушубок, выскочила на улицу и нырнула в ближайшее такси, дверь которого услужливо открыл швейцар.

— Кристина! Кристина! — догнали ее из-за спины новые яростные окрики, но за ней захлопнули дверь, отсекая эти ужасные звуки.

— Пожалуйста! Поезжайте! — потребовала она у водителя. Тот послушно вырулил с парковки.