Джоуи с минуту буравил меня взглядом; постепенно из его глаз ушла враждебность.

— Знаю. — Он судорожно вздохнул и покачал головой. — Знаю, Моллой.

— Наконец-то усвоил. — Я потрепала упрямого засранца по плечу. — Ладно, ты прощен.

— А никто перед тобой не извинялся! — насупившись, рявкнул Джоуи.

Еще как извинялся.

— Нет так нет, — покладисто согласилась я и с улыбкой взъерошила его светлые волосы. — Но все равно прощаю.

Джоуи явно чувствовал себя не в своей тарелке. Не в силах скрыть смущение, он пригладил растрепанную шевелюру и кивнул на дверь:

— Может, подвинешься? Не хочу опаздывать на игру.

— Подвинусь, если обещаешь меня подождать.

— Подождать? Тебя? — нахмурился Джоуи.

— Ага. Я иду с тобой.

— Со мной? — Брови Джоуи поползли вверх. — Куда?

— Ты идешь в спорткомплекс. Я иду в спорткомплекс. Предлагаю составить друг другу компанию.

— Нет.

— Да.

— Без меня.

— С тобой, с тобой.

Джоуи в ужасе уставился на меня и снова ощетинился острыми иглами:

— В какой вселенной я так накосячил, если ты намылилась со мной?

— Может, в той, где ты прекратил придуриваться, что на дух меня не выносишь, и признался, что готов целовать землю, по которой я ходила?

У Джоуи отвисла челюсть.

— Да ничего подобного.

— Не скромничай. — Я с улыбкой потрепала его по плечу. — Друг.

— Я тебе не..."

"— Только посмей! — пригрозила я.

Он покорно захлопнул рот и сглотнул. Потом свирепо зыркнул на меня и проворчал:

— Пять минут. Потом я сваливаю.

Победно ухмыльнувшись, я похлопала его по груди и посторонилась.

— Двадцать.

— Десять, — буркнул Джоуи, распахнув дверь. — Иначе ухожу без тебя.

— Двадцать, — пропела я, сбрасывая полотенце и забираясь в душевую кабину. — Подождать можешь в моей комнате.

Дверь с грохотом закрылась, и уже из коридора до меня донеслось:

— Пятнадцать, это мое последнее слово.

— Двадцать, — проворковала я, упиваясь его злостью.

— Стерва!

Я только засмеялась в ответ.

Жесткое рубилово

1 сентября 2001 года

Джоуи

Меня люто бомбило. Что самое паршивое, бомбило не из-за того, что нас нагнули в первой половине матча, а исключительно из-за нее.

Я злился не потому, что Моллой снова умудрилась навязаться на мою голову.

И даже переварил тот трындец, который она устроила в самом начале лета, когда мне пришлось провожать их с Кейси до аквапарка в Трали.

Похоже, Моллой действительно считала меня близким другом, если не постеснялась в подробностях рассказать про казус с тампоном.

Разговор вертелся вокруг коварных бассейнов, внезапных месячных и палевных белых бикини. Под конец я слегка прифигел и благодарил небо за то, что не родился девчонкой.

Нет, бомбило меня из-за Райса, который на моих глазах отчитал Моллой как ребенка, а она покорно схавала.

Когда мы вместе заявились в спорткомплекс ГАА, Райса всего перекорежило.