На матрасе распластался мой парень, глаза у него закатились, из локтевого сгиба торчит шприц.

Мое сердце, мое несчастное сердце, разбитое, как мне чудилось, вдребезги, разлетелось на миллиард оскол-ков.

— Джо. — Я зажала ладонью рот, пока рассудок силился осознать, что весь этот кошмар происходит наяву. — Джоуи!

Ноль реакции.

— Мы же собирались провести этот день вдвоем! — закричала я, на негнущихся ногах направляясь к нему.

Его отчаяние плотным облаком висело в воздухе; на мгновение мне показалось, что я умираю. Умираю от кровотечения, открывшегося в сердце.

Отбросив ногой контрабанду, словно это могло хоть как-то исправить положение, я опустилась на колени и развязала галстук на предплечье, который перекрывал кровообращение в руке.

— Джоуи, ты меня слышишь?

Он даже не шелохнулся.

Подавив рыдание, я выдернула шприц из его вены и зашвырнула в дальний угол комнаты.

— Джо?

С его губ сорвался слабый стон.

— Вставай! — Я тянула его за плечи в жалкой попытке приподнять.

— Моллой...

— Это я. — Глотая слезы, я сумела придать ему сидячую позу. — Я здесь, с тобой.

— Ифа.

— Мы уходим, хорошо? — Всхлипнув, я исхитрилась поставить его на ноги. — Я увезу тебя в безопасное место, договорились?

— Моллой.

— Я тебя держу. — Обхватив его за талию, я закинула его руку себе на плечи и потащила к двери. — Все хорошо. Обопрись на меня. Я тебя держу.

Не знаю, как у меня получилось спустить нас обоих с лестницы и не покалечиться, но размышлять о своей удаче было некогда — Шейн с приятелями ждали нас в коридоре, чем выбесили меня окончательно.

— Чуваку нужно отоспаться, — хмыкнул Холланд. — Бедолага даже кайфануть спокойно не может, сразу появляешься ты и начинаешь выкручивать ему яйца.

— Холланд, хорош глумиться. Разве не видишь, девочка вся извелась, — вклинился крупный бородатый мужик с белфастским акцентом. Понаблюдав за моими отчаянными попытками удержать совершенно никакущего Джоуи в вертикальном положении, он шагнул ко мне с вопросом: — Где твоя машина, милая? Я донесу твоего приятеля куда скажешь.

Больше всего на свете мне хотелось послать их ко всем чертям, но я прекрасно понимала, что не справлюсь без помощи.

— Возле дома, — всхлипнула я и двинулась к двери, но на пороге обернулась проверить, не передумал ли добрый самаритянин.

На мое счастье, нет.

Я в три прыжка добралась до машины и распахнула пассажирскую дверцу.

— Он оклемается? — запинаясь, спросила я, чувствуя себя маленькой слабой девочкой. — Или его лучше сразу отвезти в больницу?

Канун Рождества, а я рыдаю, как ребенок, на обочине, пока какой-то бандюган запихивает моего парня в машину.

Господи Исусе...

— С ним все будет хорошо, — заверил бородач, устраивая Джоуи на пассажирском сиденье и в порыве великодушия застегивая на нем ремень безопасности.