Квартиру в Гранатном переулке господин Пашков купил и оформил на имя своей дочери, посчитав, что такой подарок он может себе позволить. Но с этим была категорически не согласна его новая супруга. Она поняла, что он собирается оставить бо́льшую часть своего наследства детям от первой жены. Здесь сказался и комплекс его вины, и его внутренние сомнения. Он был все-таки человеком, пусть даже и не очень хорошим, и, конечно, переживал, видя в смерти жены какую-то мистическую составляющую. Старался облегчить страдания детей, посылал ежемесячно деньги вдове Леонтовича. Между прочим, Кира знала об этом, хотя и сказала мне, что понятия не имеет о подобных выплатах. Очевидно, она начала догадываться, кто именно стоял за смертью Аллы Пашковой и Исая Леонтовича."

"Теперь перехожу к самому преступлению. Первым человеком, кого можно было заподозрить в этом убийстве, могла быть супруга Пашкова, оставшаяся с ним в их комнате. Но она все рассчитала почти идеально. При семейных ссорах можно использовать оружие, которое висит на стене, но в таких случаях не вытирают тщательно отпечатки пальцев. Они приехали сюда заранее, и она сознательно выбрала именно эту спальную комнату, уже точно зная, что именно здесь произойдет. С Робертом Кримановым они были знакомы достаточно давно, и ей нужно было с его помощью создать себе алиби. Что она и сделала, договорившись спуститься к нему в кабинет ровно в восемь часов вечера. А за несколько минут до этого она нанесла роковой удар своему супругу. Можно было подозревать бывших волейболисток – Илону и Терезу, но у бывшей гимнастки Киры Латыповой была такая же сильная рука. Об этом мне тоже сообщила Тереза. Возможно, она подошла к нему достаточно близко, сжимая нож в руке, а он явно не ожидал такого нападения. Потом госпожа Латыпова-Пашкова тщательно вытерла нож, бросила его рядом с убитым – открыла окно. Она предусмотрела все до мельчайших деталей. Спускаясь к господину Криманову, она вошла к Лихоносову. Думаю, сознательно вошла и сообщила, что Пашков один, и несчастный певец может подняться к нему за гонораром. Она собиралась подставить Лихоносова, зная, как отчаянно он нуждается в деньгах.

Лихоносов немного подождал, очевидно, стесняясь, но, увидев, как спустилась Илона, все-таки решился. Он прошел на второй этаж, ключей в дверях не было – одни госпожа Латыпова забрала с собой, а вторые лежали на тумбочке. Лихоносов вошел и вскрикнул от ужаса. Он вообще боялся вида крови. Именно этот крик услышал господин Турелин, который дежурил в коридоре. Он тоже думал о своих деньгах, о возможном проценте со сделки, которую собирались заключить «Росвооружение», французская сторона и компания Пашкова…

– Какие проценты? – недовольно выдавил из себя Турелин.