Он же поэт…

– Откуда ты знаешь, что не мог? Ты тупо защищаешь его как поклонница его… хм, таланта, а как там оно на самом деле, еще неизвестно!

– Но я знаю, что человек, который едва ли не с детского сада пишет стихи, не может быть мерзавцем, – продолжала настаивать Нечаева. – И вот еще что, Поль: если уж ты взялась за это дело, то смело можешь на меня рассчитывать, я тебе помогу. Ради Грини, разумеется.

– Спасибо.

– Тебе спасибо. За котлеты, за чай… Не дала умереть голодной смертью активистке-общественнице.

Алина встала и, поглаживая живот, поплелась в прихожую.

– Уходишь? – поинтересовалась я."

"– Да, мне пора домой. Надо принять ванну и постирать… Короче, дела. И еще я хотела сегодня пораньше лечь спать: устала что-то.

Еще бы! Простоять полдня в пикете. Как она там вообще не шлепнулась в обморок на солнцепеке?

Проводив подругу, я вернулась в свою комнату. Досидев остаток вечера с книгой, я отправилась в ванную готовиться ко сну.

* * *Утро следующего дня было на редкость радостным и светлым: по небу плыли легкие пушистые облачка, ласково светило солнышко, звонко щебетали птицы на деревьях. Я выглянула в окно, и настроение у меня сразу поднялось. Я даже решила сегодняшний день посвятить уборке в доме, что делала крайне редко. Кажется, последние две недели я вообще не прикасалась к швабре и тряпке для пыли. Надо признать, что человек я достаточно ленивый. Сидение в кресле перед камином с книгой было одним из самых излюбленных моих занятий. Если бы можно было еще совсем не убираться и не готовить обед! Впрочем, последнюю проблему мы с дедом научились решать довольно легко с помощью полуфабрикатов. Что же касается уборки, то тут мы просто закрывали глаза на этот вопрос, а чтобы совсем уж не погрязнуть в пыли и мусоре, я время от времени бралась за швабру, ведро и тряпку. Наводить чистоту и порядок, как правило, я начинала с самой дальней комнаты. Вытерев пыль на мебели и полы, я переходила в следующую, оставляя за собой чистоту и свежесть и рассуждая попутно, что пыль – какая-то очень странная субстанция. Вопреки закону Ломоносова о сохранении веществ эта гадкая пыль появлялась ниоткуда, зато сама никуда не исчезала.

Наш с дедом дом достаточно большой. В память о тесноте нашей квартиры родители запланировали на первом этаже целых три гостиных: для своих гостей, для дедушкиных и для моих. Спальни располагались на втором этаже и считались личной территорией. Идея с гостиными казалась удачной, не надо было спорить и насчет оформления комнат, для себя мама и папа выбрали модный тогда стиль кантри, дедушка – роскошный рококо, я – лаконичный хай-тек. Зато теперь каждого гостя можно было принимать в наиболее желанной для него обстановке.