Наверняка при других обстоятельствах Зартиния пренебрегла бы подобным условием, но в нынешних обстоятельствах Тирс предпочел в точности соблюсти условия договора.

Под предлогом усиления Раквитского гарнизона, зартинийская армия вступила в границы Остока. За годы доминирования Остока в Гарлонде остокская знать породнилась с лаксборской династией Ригвельдов, обзаведясь угодьями, приносившими немалый доход. Теперь Лаксбория была разгромлена, земли поделены между Таритом и Тирсом, а многие представители благородных остокских и лаксборских семейств лишились источников дохода и политического влияния.

Виновником выпавших на их долю несчастий они считали предательскую политику Ирлы Валтийской, которая стала олицетворением всех бед, обрушившихся на Осток. Лидером оппозиционного движения стал энергичный, обладающий организаторскими способностями и крайне честолюбивый лаксборец — Шиго Рыжий, занимавший в одно время высокий пост помощника лорда — командующего в Раквитском Штандарте.

Очагом мятежных настроений стал город Вироф, являвшийся центром южных провинций Остока.

Именно туда прибывали лаксборцы, недовольные зартинийской и исарской оккупацией, именно там сконцентрировалась та часть остокской армии, которая не желала признавать Ирлу королевой. Чувствуя свою силу, они открыто призывали не подчиняться Зуагру, а от Ирлы требовали немедленного отречения. Внутриполитическая обстановка в Остоке была накалена до предела.

«Небольшой» зартинийский отряд, который, впрочем, имел численность настоящей армии и командующего из числа руководства высшего звена, вступил на территорию Остока. Дабы не вызывать подозрений поначалу войска двигались по дороге, ведущей к Раквиту.

Конфликт между Зуагром и Вирофом тем временем разгорался. Мятежники призывали игнорировать распоряжения королевы, а от нее требовали отречения от трона. Вновь облачившись в доспех, Ирла с остатками верных сил готовилась к решающей схватке. Для того чтобы содержать двор и держать в повиновении те силы, которые имелись в наличии, она вынуждена была многократно увеличить налоги, что неизбежно повышало общий уровень недовольства в стране. Но поледеней каплей терпения события, произошедшие на севере.

Зартинийский главнокомандующий Жайр, получивший за свою жестокость прозвище Вешателя, слишком буквально воспринял приказ Маргуса III о ликвидации очага мятежников. Появление зартинийцев под стенами Вирофа стало полной неожиданностью. Запоздалая попытка организовать оборону полностью провалилась. Гарнизон даже не успел запереть ворота, стража была перебита в считанные минуты. Тяжелая зартинийская кавалерия ворвалась в беззащитный город.