С помощью Джаделла, находящегося в контрольной рубке, Брок мог определить точное местонахождение дома Фалона, чтобы транспортировать всех непосредственно туда.

У Шанель было лишь несколько минут, чтобы попрощаться со своим братом, который должен был вернуться с Браком в Ша-Ка-Ра. Далден удивил ее, сказав, что они снова увидятся через несколько недель, когда он прилетит в Ка-аль с катратерским послом и его свитой, чтобы закончить переговоры. Очевидно, именно катратерцы предоставили Фало-ну свой корабль. Тогда торговаться было некогда, и сделку заключили при условии, что основные переговоры завершатся на территории Фалона.

Поразительно, что Фалон на это согласился. Но, как при знался Далден, в тот момент Фалон согласился бы на любые условия — настолько он хотел отправиться вслед за ней.

Несмотря на свой гнев на Фалона, Шанель чувствовала себя виноватой. Она знала, что он негативно относится к посетителям, как и все население Ба-Хар-ана. Именно бахаранцы настояли в свое время на том, чтобы их планета была закрыта, и за последние пятнадцать лет ни один посетитель не вступал на территорию, их страны.

Теперь же, отчасти по ее вине, Фалон позволил некоторым посетителям вновь посещать его планету, хотя Шанель прекрасно понимала, что ему это не нравилось. И все-таки она хотела, чтобы сделка состоялась. Ведь благодаря переговорам она скоро снова увидит Далдена, и Шанель не могла отрицать, что рада этому.

Конечно, за прошедшую неделю они помирились с братом. Он не мог сердиться на нее дольше, чем она на него. Шанель хотела бы вообще не расставаться с ним, но все же было легче прощаться, зная, что они скоро увидятся.

Во время нуль-транспортировки Фалон держал ее за руку и не отпустил даже тогда, когда все пятеро и их имущество появились в большом двухэтажном обеден ном зале в доме Фалона.

В Ка-але было раннее утро, и в зале никого не было. В помещении стояло множество длинных столов со скамьями и немногочисленными стульями. Огромные раскрашенные холсты из заалскина, щедро обрамленные золотом, закрывали большую часть стен. Вообще было очень много стен, но зато мало окон. И ни одной отдушины, через которую поступал бы свежий воздух.

Тягостная духота — было первое, что почувствовала Шанель.

— Может быть, ты захотел бы применить здесь кое-что из того, что видел в Ша-Ка-Ра? — не удержалась она от замечания.

— Может быть, и нет. Это двухэтажный дом, Шанель, а не дворец. От других домов он отличается лишь тем, что здесь есть зал собраний. Но все же это только дом.

— Я не жалуюсь.

— Разве?

— Если бы это было так, я бы уже сказала, что здесь очень жарко и душно, — резко ответила она. — Но я уверена, что привыкну.