— Скажи, Ясь, — тихий голос, от которого волосы на затылке шевелятся, — ты счастлива сейчас? Довольна?

У меня внутри сжимается колючий ком, глаза печет и сердце грохочет на пределе своих возможностей:

— Буду довольна, когда ты перестанешь вставлять мне палки в колеса, и рубить на корню все мои попытки проявить инициативу.

Влад шумно выдохнул и убрал руку от двери:

— Проваливай.

Я ухожу. Едва дыша, со слезами на глазах, иду по коридору, прижимая руку к груди. Мне больно. Я пытаюсь убедить себя в том, что все хорошо, что все, как и должно быть. Но все равно больно.

Меня царапает отношение Влада к тому, что тогда произошло. Я понимаю его обиду из-за ребенка, его нежелание прощать. Меня это даже в некотором роде восхищает. Но! Убивает то, что он так и не понял моих мотивов, что считает амбициозной стервой, променявшей семью на стажировку. Винит во всем, так и не осознав, что сам толкнул меня на этот путь.

Крутит от одной мысли, что все могло быть иначе, но отступать некуда. Все мосты я сожгла еще тогда, три года назад. Теперь остается только одно: натянуть маску той самой непробиваемой стервы и идти вперед, доказывая всем, и прежде всего самой себе, что все сделала правильно.

И начну я с проекта, который запорол Влад, спустив в мусорное ведро.

На следующий день, я все-таки воспользовалась своим служебным положением, а именно — пришла к отцу и напрямую спросила, кто приедет, когда и как все это будет организовано.

— Хочешь поучаствовать?

— Это запрещено?

— Нет. Что говорит Влад?

— Ничего, — я жму плечами. Жаловаться на то, что Швецов выкинул мою работу, не стану. Это наша с ним война. — Мне надо расти, обзаводиться связями.

На том месте, где я сейчас, этого не сделать. Сам знаешь. Обещаю вести себя прилично, не высовываться. Но посмотреть хочу. Надеюсь, ты не против?

Отец против не был. Он, наоборот, считал, что мне надо приобщаться к таким вещам, поэтому без задних мыслей слил всю информацию. Когда приезжают партнеры, где остановятся, какой регламент.

Я все тщательно записала в блокнот, чтобы в суматохе не упустить чего-нибудь важного:

— Спасибо, пап.

— Не за что, дорогая. Ты же знаешь, я всегда готов помочь.

Угу, конечно. Помочь.

Как всегда, с берега бросит спасательный круг и наблюдает за тем, как я барахтаюсь, пытаясь выплыть.

В этот раз я из кожи вылезу, но добьюсь своего. Мне чертовски важно вырасти и выйти из-под крыла Влада. Как говорили в Ранффе: идти по головам нельзя, но если очень надо — то можно. Мне надо. Точка.

Оставшееся время до приезда партнеров я провожу в экстренной подготовке. Еще раз прорабатываю проект, выискивая бреши и слабые места, готовлюсь к вопросам, подтягиваю еще статистику и анализ конкурентов.