Выдохнула и все же сказала:

– Не слишком ли велика честь для скромной синьорины из шато? Неужели вы, синьор герцог, решили снизойти до простой смертной?

Алистер протянул было руки к моим плечам, но я одним движением сбросила их и отошла:

– Спасибо, что спасли от навязанного брака. Я благодарна.

Тут я снова отвернулась, чтобы не видеть лица Алистера – его глаза горели пугающим, мрачным огнем, ноздри раздувались, а руки сжимались в кулаки. Это было так страшно, что хотелось убежать немедленно. Однако бегать от хищника – опасно вдвойне! Я медленно прошла между рядами скамей и, ежась, вышла на улицу. Холодно. День в разгаре и солнце слепит глаза. Храм стоял в центре поселения, но я никогда не была в нем! Как теперь отыскать дом Адрианы?

Я растеряно осматривалась, и тут на плечи мне лег тяжелый плащ. Я бы вывернулась из плотной ткани, опушенной мехом, но стало так тепло! А еще воротник пах Алистером!

– Я приказал подать карету, – голос герцога над головой звучал почти как набат. – Его величество желает тебя видеть.

– Меня? – я искренне изумилась.

– Праздник молодого вина был испорчен. Десять бочек стали уксусом. Работники шато уверили короля, что только ты сумеешь поправить дело, ведь старый синьор Портэлл всему тебя обучил.

Сердце глухо стукнуло. Так вот о чем толковала спятившая синьора Рокуэлл! Вино испорчено! Значит, я нужна королю, чтобы «Королевский лекарь» снова появился в погребах дворца! Вот почему герцог так мил, любезен и предлагает стать его женой! Мне стало тошно. Даже еще хуже, чем когда ди Новайо уходил, втыкая в меня злые слова, словно ножи!

А между тем карета действительно подъехала, только на облучке сидел гвардеец в королевской форме, а на запятках стояли еще двое. Бежать бесполезно. Алистер лично усадил меня на бархатные подушки, укутал ноги пледом и утешительно сказал:

– Ехать недолго, его величество пожелал задержаться в шато.

Я отвела взгляд. Встреча с королем – она ведь короткая, правда? А потом меня оставят одну, чтобы я занималась виноградником. Это я точно смогу. Герцог вернется ко двору и найдет там себе другую, выгодную, невесту. А я буду жить, как дядюшка Портэлл – от одного урожая до другого. И, может быть, действительно смогу сделать неплохое вино. Не зря же он меня учил?

В общем, я утешала себя такими мыслями, пока карета тряслась на узкой неровной дороге. И вот удивительно – по этой самой дороге я ехала в простом фургоне артистов и не замечала тряски, а сейчас в дорогой карете меня мотало из стороны в сторону, словно одинокое яблоко в корзинке!

До шато действительно добрались быстро. Дверь кареты распахнул один гвардеец, другой подал мне руку. И когда я ступила на знакомый двор – невольные слезы навернулись на глазах.