Одно лицо просто… Хотя ты вроде губы не делала?

Взгляд бедолаги соскальзывает на мою грудь. Что? Он и там пытается отыскать следы пластики? Так нет ее. Мамочки! Он реально очень тупой. Может, зря я Даву отдала на кикбоксинг? Не дай бог, ему вот так отобьют башку. Даже десять миллионов подписчиков того не стоят. Серьезно.

— Вы правы. Я вообще ничего со своей внешностью не делала. Такая родилась. У вас больше нет вопросов? Я правда очень занята.

Наверное, глупо продолжать обращаться к нему на вы, когда он мне тыкает, но я не могу удержаться от сарказма. Смысл до него все равно вряд ли дойдет. Так что…

— Вопросов нет. Только извинения. Не хотел тебя напугать. Точнее, хотел, но не тебя… Черт. Дерьмово получилось.

Не то слово. Терпеть не могу агрессивных мужиков. Какими бы они соображениями ни руководствовались.

— Все нормально, Сергей. Главное, что вы все для себя прояснили.

— Неудобно вышло. Я могу как-то искупить свою вину? Пойдем, кофе выпьем…

Он серьезно считает, что осчастливит меня своей компанией? Вот это да! Очевидно, его интеллект как-то компенсируется самомнением.

— Очень жаль, но ничего не выйдет. Мне нужно работать.

ГЛАВА 2

— Мясники! Да я вас засужу… Вы что устроили? Первая тренировка у парня!

— Что за крики? — Растерянно гляжу то на своего лучшего тренера, то на беснующуюся вокруг него Валькирию.

— Мать новенького. Лурье. Помнишь, мы ждали мальчишку?

— Вообще-то я здесь! Почему вы обо мне говорите в третьем лице?! Где вы воспитывались? С чего вдруг решили, что вообще можете подходить к детям?!

— Угомонитесь, — осаживаю бабищу.

— И правда. Хорош, — неожиданно встает на мою сторону сам парень, стирая кровь с подбородка. Тот самый Лурье. Я помню. Пятнадцать лет. Перспективный. И даже очень.

Что-то мне подсказывает, что Лурье — отнюдь не французская фамилия, как могло показаться на первый взгляд, а еврейская. И если мои предположения верны, нам конец. Вообще непонятно, как мальчик попал в спорт с такой мамкой. Они же больше по скрипкам? Или там…

— Отец есть? Буду с ним говорить.

— Со мной говорите, — выступает парень вперед и, дернув головой в сторону Валькирии, добавляет: — Она не решает.

— Вот как? — картинно удивляется та. — Плохо вы уроки учили, молодой человек. Может, вам напомнить о таком понятии, как «дееспособность несовершеннолетних»? А вам, — обваривает меня кипятком взгляда, — не мешало бы погуглить что-то вроде «оставление в опасности». У Давида наверняка сломан нос!

— Сломан? — сощуриваюсь, глядя на парня.

— Не. Все норм.

— Почему без шлема?

— Мой косяк. Тренировка закончилась. А я решил показать бэкфист.

— Типа, выпендриться?

— Типа того. Да.

Понятно. Покрывает других ребят. Что-то там они не поделили. Но это нормальная тема. Выясним и виновных накажем.