Не убей любовь, которая итак присмерти.

Она развернулась и пошла в дом прямо босиком.

Кир оделся, пытаясь успокоиться. Ее последние слова к обуревавшим его чувствам добавили еще и панику. Предупреждение, игнорировать которое - подписать смертный приговор их отношениям. Готов ли он? Естественно, нет! Едва добился ее прощения за такую же ошибку

Что собственно имеем? Если Ксюша и есть Оксана, что из этого следует? Первое, она обманула его; второе, черт… это хуже, ее единственным мужчиной был… он. Кирилла начало трясти, потому что напрашивался третий вывод: Данил его сын. Ему четыре года, и Кирилл о нем ничего не знает.

Дышать, надо дышать. Как тут остаться спокойным? У него самого скоро будет нервное истощение не хуже, чем у Оксаны… Ксюши."

"Боже, мозг кипит. Слишком много информации. Слишком большая вероятность сорваться сейчас, если пойти в дом. Нужно время расставить все по местам.

Ксюша ждала его долго, Кирилл все не появлялся. Приняла душ, приготовила завтрак. Где же ты? Опять сделал выводы, не дожидаясь объяснений? Ушел? Обиделся?

Еще вчера она сама хотела уйти, была обижена, сегодня все круто поменялось. Совсем не так она планировала открыть правду, все вышло из-под контроля. Почему Кирилл именно сегодня вспомнил Ксюшу?

Так, нечего лужи разливать. Придет, объяснит. Он точно придет, не зря же вчера такие слова говорил: никогда не обижу, люблю, нужна, погибну… много разных слов и обещаний.

Ей опять холодно, да что такое? Тепло только когда между ними мир. Странная зависимость.

Укуталась в покрывало, прилегла на диван и стала ждать.

Пришел ближе к полудню, когда она всю душу истерзала. Зашел в дом. Она лежала, отвернувшись к спинке дивана. Повернуться не торопилась. Тоже успела себя накрутить.

Сел где-то недалеко и молчит. Ждет оправданий? Ну уж нет, она не будет первой оправдываться. Спросит, она ответит.

Так прошло, наверное, все полчаса.

- Как твое настоящее имя? – голос уставший до предела. Стало жалко его.

- Левандовская Оксана Сергеевна. Сестру зовут Романова Виктория Сергеевна. Сын Левандовский Даниил Сергеевич, отчество отца дала.

- Кто еще знает, чей он ребенок?

- Никто, я никому не говорила. Перед Викой стыдно, отец клялся, что подвесит педофила за… ну ты понял, я не смогла сказать правду. Кирилл мне было шестнадцать, я не могла рассуждать здраво.

- Когда в постель к взрослому мужчине попала, могла?

- Что? Ты! Одинцов! Извращенец чертов! Тебе напомнить, что это ты залез в комнату ночью? Я к тебе не забиралась в окно!

- Я к тебе тоже, я лез к своей девушке. Что там делала ты? – Кирилл вдруг отчетливо понял, что их понесло совершенно не туда. Остановиться, нужно срочно остановиться.

- Спала. Я совсем не ожидала, что ты появишься, и все выйдет так.