- Моя маленькая торопыжка… знаешь ли о чем просишь… - Кирилл избавился от остатков одежды как никогда быстро, погладил ее бедра, разводя их в стороны, хотя она пыталась их сжать, поцеловал острую коленку, - моя сладкая девочка…

Еще секунда и он внутри сладких недр, натыкается на препятствие, разрывая его. Замер в полном шоке.

- Ах ты ж… - у него не хватает слов. Девственниц ему еще не доводилось соблазнять. Как же так? Зачем, девочка? Она всхлипывает в его руках, целует.

- Пожалуйста, - и Кир продолжает движение. Почти сразу ощущает, как сокращаются ее мышцы от наслаждения, еще толчок и снова, это доводит его самого до пика. Он с блаженным стоном падает на нее. – Я люблю тебя…

Эти слова ранят его сердце. Сказанные так тихо, они запали в душу на долгие годы.

- Глупый маленький котенок, за что меня любить? Прости меня… спи, солнышко…

Он испугался, сбежал, словно последний мерзавец. Испугался ответственности. Испугался своих чувств, таких необычно глубоких и мощных. Испугался за свою свободу. Ксюша, Ксюша…

- Ксюша! – Кирилл с криком проснулся.

Глава 33

- Все хорошо, милый, - пробормотала лежащая рядом девушка, прижимаясь к нему в поисках тепла. К утру значительно похолодало, даже плед не согревает.

Кир выдохнул. Хорошо, что спит и не слышала, как он ее чужим именем назвал. Было бы невероятно глупо из-за этого поругаться.

Посмотрел на любимую и вздрогнул. Перед ним лежала Ксюша. Расслабленное лицо казалось совсем юным. Нет, конечно, Оксана итак молодая, но в эту минуту похожа на девочку. Именно ту девочку, которая была в его сне. Что это? Игра разума? Шутка воображения? Или объективная реальность? Может, девочка во сне приобрела черты Оксаны? Однако память подсказала, что он не прав. Либо они очень похожи, либо… это одна и та же девушка…

- Ксюша, - тихо позвал он. Усмехнулся - если его догадки не верны, его ждет скандал. Или он ждет его в любом случае? – Ксюша.

- Мм?

Отозвалась так, будто ее имя. Вика же была Романовой, а Оксана Левандовская. Хотя кого этим удивишь?

- Ксюша! – позвал он громче.

- Ну что? Я сплю… - вдруг резко распахивает глаза и садится. - Ккак ты меня назвал?

Кир задумчиво сверлит ее взглядом. Все же откликнулась. И, судя по ее виду, сама в шоке. Сидит и ошарашенно смотрит на него. Он молчит и ждет.

Девушка поднялась на ноги и начала одеваться в какой-то странной суете. В глаза не смотрит…

- Пойдем в дом – холодно.

- Объяснить ничего не хочешь? – его голос отдает морозцем.

- Хочу, но действительно замерзла.

Кирилл выдохнул, пытаясь остыть. В голове ураган мыслей, сбивающих с толку. На подходе обида и ярость.

Тихо, тихо, надо дать ей возможность объяснить. Почему чертовски хочется материться и бушевать?

- Кирилл, - тихо прошептала Оксана, - Кирилл, прошу, помни, это последняя попытка, больше не будет.