Ох, как не хочется ни с кем говорить, объяснять. Потом.

- И? Мне собирать вещи? Надеюсь, хоть с оплатой не обманите?

- Оксана! Почему ты такая?

- Какая? – Ксюше становилось все хуже и хотелось избавиться от чьего бы то ни было общества.

- Ждешь от людей плохого по умолчанию.

Девушка рассмеялась, горько, с надрывом и Филу стало стыдно. Глупость сказал. А что ей остается? Вся жизнь сплошной обман. В шестнадцать какой-то хрен сделал беременной и скорее всего, бросил. Врачи не увидели проблему у ребенка, а те, кто увидел, требуют денег, которых и взять негде. Кир приручает и жестко обрубает все концы. Как уж тут поверить в доброту человеческую. А сколько еще неведомого в её жизни?

- Оксан, Виктор Андреевич рассказал о Дане.

- И ты, разумеется, быстренько доложил Одинцову! – перебила Ксюша. Только этого не хватало. Дядя видимо сильно переживал, раз выдал всю информацию, но мог бы хоть у нее поинтересоваться, надо ли.

Почувствовав ее агрессию, Харпер не спешил отвечать.

- Ты что-то имеешь против?

- Я много чего имею против! – Прорычала Оксана Сергеевна. – Особенно я против, чтобы Одинцов или кто-то еще лез в мою жизнь! Это понятно?

Сидящую перед ним девушку снова начало трясти, почти как на вчерашней записи. Фил запереживал. Так, стоп, пока больше никаких разговоров.

- Оксан, успокойся, не надо нервничать. Давай ты пару дней отдохнешь. У нас у всех будет выходной. Ты не больна, может врача позвать? Плохо выглядишь, не обижайся.

- Фил, прости, мне нехорошо. Надо полежать. Спасибо, что принес поесть. Можно я побуду одна?

Ксюша упала на подушку и, уже не обращая на него внимания, закуталась в одеяло и прикрыла глаза, падая в сон. Мужчина с сожалением понял, что не сообщил главного – подробностей вчерашнего беспредела в курятнике. Погладил ее по руке, отметив краем сознания, что ладошка ледяная. Покачал головой. Надо с этим что-то делать, доведет себя до срыва. Завтра они серьезно поговорят. Машу привлечь тоже. Кивнув принятому решению, вышел из номера. Пора с курятником пообщаться."

"Спала Ксюша до позднего вечера. Облегчения сон не принес. Проснулась и поняла, что ее все еще морозит, а кожа горячая. Температура? Плохо. Еще хуже боль в голове и несвязные мысли. Вата в мозгах. В груди тоже не понятно что: от тоски до какой-то не понятной паники. Предчувствие или паранойя? Дикое желание бежать. Куда? Не важно. Подальше отсюда. От кого-то, с кем связана боль в ее душе, в ее теле. Как же его? Забыла… Кир? Точно, Кирилл… Перед глазами его полный ненависти взгляд… его руки сжимают горло, дышать не чем… Стоп! Это было… было недавно, не сейчас… дышать… ровно… никого нет… но вернется, поэтому бежать…

Девушка схватила сумку, бросила туда попавшиеся под руку вещи, много не надо, да и нету. Деньги? Денег не много.