Несколько пекарен! А не одна на весь город, как здесь.

Родители все еще стояли как громом пораженные.

– Знаю-знаю, мы окажемся далеко друг от друга, но я буду приезжать, и вы тоже приезжайте ко мне, – растерянно продолжала Анна, видя, что никто не собирается ее прерывать. – Мне уже восемнадцать, пора начинать самостоятельную жизнь. Фрея всегда говорила, что Эренделл мне обязательно понравится, и я уверена, так оно и будет.

Наконец мама понимающе кивнула, и Анна воспряла духом.

– А по-моему, мала ты еще, – буркнул папа.

– Мне восемнадцать... – едва слышно пролепетала Анна.

– Йохан!.. – вступилась было мама. Но папа настойчиво покачал головой:"

"– Томалли, ты сама знаешь, что я дело говорю. Совершеннолетие у нас в двадцать один. Ты, медвежонок, прости, только рано тебе туда. Не готова ты еще ко всяким... испытаниям. – Он взглянул на маму. – В Эренделле тебе пока что не место. Ты нам тут нужна.

– Ма-ам? – обратилась Анна за помощью, но мама тоже покачала головой, как папа.

– Папа прав. Мы с отцом стареем, и держать целую пекарню нам не так-то просто. Мы всегда мечтали, что когда-нибудь ты будешь сама в ней хозяйничать.

Эта мысль очень тронула Анну. Она прекрасно знала, что родителям в тягость подниматься ни свет, ни заря, и весь день стоять у печи. Но и оставаться в Гармоне на всю жизнь она точно не хотела. Желание уехать сидело у нее в крови, а Эренделл являлся каждую ночь во снах – снах, где царил снег и звали голоса. Иногда ей и наяву казалось, будто там кто-то ее ищет. Глупо, конечно. Это же просто сны.

– Вы сами знаете, как я обожаю нашу пекарню, как обожаю быть с вами, но я всегда так мечтала жить в Эренделле, – мягко произнесла Анна. – Мне всю жизнь казалось, что меня ждет большое будущее. Жизнь так коротка. Теперь, после гибели Фреи, я это прочно усвоила. И я не хочу больше ждать другого случая. Я хочу начать жить.

Мама и папа помолчали, переглядываясь.

– Она не готова к такому, – наконец сказал маме отец. – Там небезопасно...

– Знаю, – ответила мама и обернулась к Анне: – Мы не хотим забирать у тебя мечту, доченька. В Эренделл так в Эренделл. Я и сама так считаю, егоза моя. – Она сжала руку дочери. – Просто сейчас не самое подходящее время. Поверь, мы точно знаем.

– Понимаю, – пролепетала Анна, пытаясь что есть сил сдержать слезы, чтобы только не показать родителям, как она на самом деле расстроена. Она ни разу не ослушалась их и не собиралась поступать им наперекор и теперь. Но ждать еще три года... непросто.

ГЛАВА ДВЕНАДЦАТАЯ

Эльза

«Вот бы я могла останавливать время», – подумала Эльза, стоя у окна своей спальни и смотря на толпы людей, которые постепенно заполняли обширный двор замка и окружали бронзовую статую королевской семьи.