Кристоф убеждал себя, что ее странная болезнь вызвана переохлаждением, но в глубине души понимал, что ледяной ветер тут ни при чем. Чем ближе девушка подбиралась к принцессе, тем чаще и сильнее становились ее видения. Во всем этом чувствовалась неуловимая магия.

Пусть люди смеются над рассказами о чудесах, но Кристоф точно зал, что волшебство ближе, чем кажется. Он всю жизнь провел рядом с волшебниками. Правда, Анне он этого говорить не стал. Но она и секунды помолчать не может! Она способна часами болтать и болтать, причем не только со знакомыми, а с любым человеком, встретившимся ей на пути. А еще она такая импульсивная и упрямая! Не нужно было соглашаться везти Анну в Эренделл. С чего он решил, что этой вздорной девчонке удастся вернуть лето? Она ведь понятия не имеет, где искать Эльзу, и тем более не знает, как уговорить принцессу сжалиться над своим народом.

Тем временем они благополучно добрались до дна расщелины. Кристоф сразу увидел свои сани, точнее, мелкие щепки, в которые превратилось его единственное имущество. Чтобы скрыть накатившее отчаянье, он продолжил жаловаться Свену на коварство человеческих существ:

– Я понял, что все люди только и думают, как обвести других вокруг пальца.

– О, это точно! – ответил он же голосом оленя. – Никому нельзя верить! Только тебе!

– Спасибо, приятель, – сказал он уже своим голосом, почесывая оленя за ухом. – Давай посмотрим, уцелело ли хоть что-нибудь."

"Кристоф наконец набрался сил, чтобы еще раз внимательно осмотреть обломки, виднеющиеся в снегу, и горестно вздохнул. От его любимых саней почти ничего не осталось, а все скудное имущество пришло в полную негодность. Брать здесь было нечего: лютня разбита вдребезги, топор для колки льда пропал, скудные запасы еды растащили голодные животные. Кристоф понял, что здесь им делать больше нечего, и забрался на спину оленя.

– И куда нам идти, Свен? Если не укроемся где-нибудь, то замерзнем насмерть. – Юноша внимательно огляделся. – Мы все еще где-то рядом с долиной, предлагаю попытаться найти ее.

Несмотря на слова хозяина, олень упрямо стоял на месте, не желая уходить. В его тихом ворчании слышалось явное неодобрение.

– Не переживай, Анна в полном порядке. Уверен, они тоже заметили дым из трубы и остались на ночь в том доме, – убеждал друга Кристоф. – И мы не поедем к ним! Надо позаботиться о себе.

Свен бросил на юношу полный негодования взгляд.

– Ты больше не хочешь ей помогать? – спросил Кристоф голосом оленя.

– Разумеется, не хочу! С чего бы? – ответил он на свой же вопрос и натянул поводья. Свен послушно направился к тропе, ведущей к вершине утеса. – Если честно, я вообще больше никому помогать не стану.

Пока они пробирались наверх, снова началась метель.