Кейлин впервые позавидовал жителям других планет, свободе их мужчин, хотя и не представлял, как бы он жил где-либо, кроме Венги.

И тогда же его посетила мстительная мысль: «Эти инопланетники не знают, что вполне могут пропасть где-нибудь здесь, в гареме, или просто в комнате развлечений. Я бы посмотрел на них, когда госпожи будут обучать их смирению, терпению и покорности».

Кажется, именно с тех пор он перестал гордиться своими мыслями, потому что они становились все хуже и хуже. Если бы госпожа смогла прочитать хотя бы малую часть того, что он думал в ее присутствии, служа очередным развлечением, она бы… Он даже представить себе не мог, насколько мучительной была бы его казнь."

"А когда она вставляла ему стек-фаллос и заставляла ходить так почти весь день, без возможности облегчиться, и он должен был умолять освободить его, корчась от боли, уже на пределе… он думал, что страшнее, с точки зрения Матери Всего Сущего: убить себя, или убить госпожу……

Глава 6

Лия

Если я очнулась здесь, то что же произошло там? Несколько раз пыталась вспомнить, и меня словно что-то выталкивало из этих воспоминаний, из собственной памяти. Потом получилось.

Когда переходите дорогу, не думайте, сколько у вас еще осталось несделанного, какие бумаги лежат в сумке, не составляйте план на день… потому что может случиться так, что этот план вам больше не понадобится.

Мне нравилась моя прошлая жизнь, по крайней мере, я ее сама контролировала, я не пыталась ее разрушить с упорством маньяка. Меня устраивала собственная внешность, нормальный доход, отсутствие особых проблем. Ладно, то, что было – осталось там. Сейчас намечается что-то интересное, и у меня вдруг просыпается азарт. Немалую роль в том играет зависимый от меня красавец, и заманчивое положение женщин на этой планете. С другой стороны, если бы я срочно захотела перенестись обратно, у меня бы точно не получилось.

Какой у меня выбор? Либо плыть по течению, заново изучая этот новый мир, либо выбежать к людям с криком: «Помогите, я не та, кем кажусь! Я с другой планеты, у меня другое тело, я другой человек!». И меня быстро упекут в местный дурдом. Я бы, по крайней мере, именно так и поступила.

Но страшно. Я знаю собственное имя, имя некой Старшей хозяйки, чьего лица я не знаю, и… все. С таким грузом знаний страшно выходить за дверь.

С другой стороны, я выгляжу, как их старая знакомая. Более того, я – это она и есть. Если я встречу кого-то, кого знаю сто лет, будь этой друг, родственник, начальник… мне ведь не придет в голову сомневаться, тот ли он человек. Королей меняли местами, вспомним Железную маску. Если он или она смотрит сквозь меня и, вроде, не узнает, я решу, что человек занят, или расстроен, или просто хам. Скорее всего, так и обо мне подумают, если я кого-то не узнаю.