Пара похожих на острые мечи глаз теперь в упор смотрела на Мо Жаня. – Брат Ся такой хороший человек? Так почему же такой хороший человек не может быть Учителем?

– Конечно, я не говорю, что наш учитель плохой человек, но братик Ся всегда был так искренен со мной. Я относился к нему, как к родному младшему брату. Как я могу поверить твоим словам, что это – Учитель? Ты думаешь, я смогу принять...

– Брат Ся искренний? – зарычал Сюэ Мэн. – А Учитель, значит, лицемер?

Услышав признаки надвигающейся бури в его голосе, Ши Мэй потянул Сюэ Мэна за рукав.

– Молодой господин, подумайте о том, что вам сказал дядя! А-Жань только что проснулся и...

Но Сюэ Мэн стряхнул руку Ши Мэя, его карие глаза вглядывались в лицо Мо Жаня, а вены на шее вздулись от гнева, словно он был готов в любой момент наброситься на него и раздавить, как ядовитую змею.

– Мо Вэйюй, скажи прямо, почему Учитель не может быть Ся Сыни? Почему он не заслуживает того, чтобы ты назвал его “искренним”? Скажи, как можешь ты в своем сердце считать его лицемером?

Мо Жань уже устал от того, что на него нападают без причины. Но ему не впервой было видеть Сюэ Мэна таким. В прошлой жизни, после того, как он стал Императором, каждый раз, когда они встречались, Сюэ Мэн демонстрировал свой дурной нрав.

Раздраженный, он нахмурился:

– Это наши с ним дела. С чего тебя вдруг так волнуют наши отношения?

– Что за дела у тебя с ним? – закричал Сюэ Мэн. – И вообще есть ли ему место в твоем сердце?

Мо Жань рассмеялся.

– Ты болен, Сюэ Цзымин, или с ума сошел? Послушай Ши Мэя, иди в Зал Даньсинь к дяде и учителю, да расспроси их, – сказав это, он повернулся к Ши Мэю и, подхватив его под руку, двинулся к выходу.

Сюэ Мэн замер на месте, как будто изо всех сил пытаясь подавить бушующий внутри гнев, но когда Мо Жань собирался уйти, он развернулся и взревел:

– Мо Вэйюй, в твоем сердце есть место для Учителя?

– ...

Мо Жань почувствовал волну разочарования от того, что на него орали. Он остановился, его спокойное лицо с каждой секундой становилось все мрачнее.

Ши Мэй сжал его ладонь и с беспокойством прошептал:

– Не обращай на него внимания, он в плохом настроении последние дни. Пойдем.

– Да...

Но как только его рука коснулась теплого занавеса, в уши Мо Жаня ворвался полный удушливого жара гневный крик Сюэ Мэна, обжигающий, как открытое пламя, и болезненный, как ожог:

– Мо Вэйюй, блядь, а ты и правда неблагодарная тварь!

Занавес с шелестом упал.

Мо Жань на мгновение закрыл глаза, а потом открыл их.

– А-Жань... – Ши Мэй хотел остановить его, но Мо Жань легко отмахнулся от него. Он повернул голову и в упор посмотрел на Сюэ Мэна. Эти братья были почти одного возраста, но уже сейчас заметно отличались ростом и телосложением. Темная мощь, до поры скрытая в теле Мо Жаня, теперь выглядела поистине устрашающе.