Отец-то его ни разу сюда не являлся, у него, это… характер! А у Аделины Львовны, значит, тоже характер. Поэтому она, наоборот, ходит. Надеется, что Федор женится, и жена ему хоть внука родит, это… правильного. Который вообще все продолжит. И семейное дело, и род, и все, что там продолжать полагается. Вот. А у Федора, того… тоже характер!

– И что теперь будет? –  Катя оглянулась на кухонную дверь, из-за которой доносился негромкий гул голосов.

– Теперь? –  пес почесал передней лапой затылок. Потом как-то задумался, плюхнулся на зад, как совершенно обычная, неразумная собака, задрал заднюю лапу и со вкусом почесался ею за ухом. –  Ну, это… мама, она надолго не приезжает. Может, до завтра победствуем, а там она сама объявит, что не может жить в этих диких местах без нормальной маникюрши, парикмахера и личного стилиста. И уедет. Надо только смотреть, чтоб это…

Дункан подержал перед собой заднюю лапу, растопырив когти и задумчиво ее разглядывая, а потом со вкусом что-то оттуда выкусил –  то ли блоху, то ли просто соринку.

– Что –  это? –  нетерпеливо переспросила Катя. Надо было все-таки понять, дадут ей в этом доме наконец сделать свою работу или как!

– Ну –  того, –  пес наконец опустил лапу, поднялся на все четыре конечности и шумно встряхнулся. –  Это, значит. Следить надо, чтоб никакую девицу не подкинула.

– В смысле –  подкинула? –  опешила Катя."

"– Так это… в прямом, значит, смысле. Она ж все надежды не теряет, вот и того. Приводит. Хотя может не сразу подкинуть, может и потом заслать. Раз сразу не привела знакомить. Хотя… –  тут он окинул Катю задумчивым взглядом. –  Может, и не станет в этот раз…

*

Рабочий день выдался, мягко говоря, непростым. Время от времени у Кати возникало ощущение, что Аделина Львовна лично подключилась к системам “Премудрого дома” и следит по ним за перемещениями наладчицы. Разумеется, это было совершенно невозможно. У кого из них тут полный доступ, в конце концов!

И тем не менее, Аделина Львовна была везде. Просто повсюду! С перерывом разве что на обед, потому что пообедать Катя предпочла на этот раз сухпайком в своем фургончике –  зато в тишине и спокойствии.

А после обеда все началось снова. И снова Аделина Львовна была везде.

В подвале, где Катя отлаживала температурный режим и влажность, чтобы можно было хранить на одном стеллаже –  продукты, на другом –  кипы каких-то бумаг, а в углу –  разобранный велосипед. Аделина Львовна хмыкала и проверяла крепления.

В коридоре второго этажа, где Катя настраивала теплый пол, чтобы включался и постепенно поднимал температуру по мере похолодания зимой, а летом, наоборот, приятно холодил пятки. И, конечно, чтобы мылся самостоятельно. Аделина Львовна одобряла.