Хорошая саба беззащитна и принимает из рук господина все, что он дает. Их взгляды встретились, пока она пила. Затем он также сделал пару глотков и поставил стакан на прикроватный столик.

– Если бы ты играла с женщиной… – негромко начал он, – какого наказания ты бы ожидала за опоздание?

Мысленно выругавшись, Лори прикрыла глаза. Она была уверена, что он спустит ей это с рук. Сюрприз – он не такой уж мягкий и всепрощающий, каким хотел казаться в прошлый раз.

– Порка, – хриплым голосом соврала она, глядя в пол. Сказать правду ей не достало сил. Она бы ожидала унижений. Женщины-домины страшно обижаются на опоздание. Редкая упустит возможность обидеть в ответ. Прилюдные пощечины, пет-плей с ошейником, коленопреклоненная поза на полчаса – вот чего следовало бы ожидать.

– Ммм… какое совпадение. Я как раз думал об этом, – без какого-либо выражения отметил ее дом. – Расскажи, как тебя за это наказывали. Два-три примера будет достаточно.

– Эмм…

Щеки Лори загорелись. Как он понял, что она врет? Ведь они раньше не играли толком. Или… все-таки не понял? Может, спрашивает просто так?

– Я жду ответа, саба.

В его голосе прорезался металл, и Лори вздрогнула, поднимая глаза, полные мольбы:

– Пожалуйста, мой господин… можно я не буду говорить о предыдущих партнерах?

– Можно, – мягко сказал он.

Но прежде, чем она выдохнула с облегчением, сардонически улыбнулся:

– К счастью, я тебя об этом и не прошу. Я жду рассказа о наказаниях. Начинай.

На этот раз краска затопила ее лицо до ушей – Лори чувствовала, как горит кожа, а глаза почти слезятся от стыда. Их взгляды встретились, и она увидела насмешку в его глазах – это было хуже, чем гнев, которого она опасалась. В груди резануло.

– Я соврала вам, мой господин, – призналась она, не выдерживая больше стыда. Стыдно было не столько врать, сколько быть пойманной на этом. Им, кто играл с ней второй раз в жизни. Сколько раз она врала доминам, которые развлекались с ней неделями? Никто никогда прежде вот так не ловил ее. Никто вообще никогда ее не ловил."