Но конкуренция становится острее. Пока это читается только в прищуренных, недобрых взглядах участниц, но кто знает, на что способны «благородные леди» ради достижения своих целей?

Тишину полукруглого класса с огромными окнами, разрезал монотонный «динь». Амелия нажимала указательным пальцем на одну единственную клавишу «ми» третей октавы, уставившись в одну точку. В спину, будто, вбили кол, настолько она была напряжена.

- Кхм... - осторожно вмешалась Соня, озадачившись.

- Привет, - отозвалась соседка, даже не повернув головы.

Соня встала сбоку фортепиано, взглянула на девушку, заметила, что отсутствуют ноты и вопросительно выгнула бровь.

- Разве ты не слышишь? - спокойно произнесла Амелия.

- Видно, я глуховата, - усмехнулась Соня, а тревога сильнее расползалась в груди. Неужели, Максимилиан умудрился обидеть это прекрасное, доброе создание? Неужели не увидел, то, что видит она?

- Это мелодия «моей жизни», - соседка резко захлопнула крышку: раздался грохот. Она крутанулась на банкетке и тяжело вздохнула.

Соня поморщилась. Уж она-то лучше других знает, что имела в виду леди Саттэм. И монотонное «динь», как нельзя лучше описывает душевное состояние этой сильной и с виду всем довольной девушки.

- Всё настолько плохо? - без всякой надежды спросила Соня. Знает, что плохо. Точнее - однообразно. Блекло. Не жизнь, а череда хорошо продуманных событий. Ничего спонтанного. Всё по накатанной.

- Дело даже не в этом, - отстранённо отмахнулась Амелия, тряхнув русо-золотыми локонами. - Я могла бы сыграть что-то похожее на мою жизнь, даже не жизнь, а «состояние души», но ни одна из мелодий, что я когда-либо разучивала, для меня не подходит. А с разбором новых композиций у меня всегда были проблемы.

Кто-то виртуозно читает с листа, а мне приходится «зубрить». Точнее, сначала страдать несколько недель, а потом «зубрить». Но как видишь, нет нот. А где взять - не понимаю. Принцы, как всегда, бросили нас на произвол. Разбираться самим...

- А ты искала? - мягко усмехнулась Соня, чтобы скрыть своё смущение за то, что она как раз-таки тот человек, что «виртуозно читает с листа». Отчего-то стало стыдно за свой талант. Словно он стал причиной переживаний соседки.

Амелия насупилась и всплеснула руками.

- Конечно, искала! Ещё до завтрака, а потом и после, - поправила волосы и вздохнула.

- Никто ничего не знает, никто ничего не слышал. Я даже музыкантов разыскать не смогла. Они или испарились, или их спрятали.

Соня хохотнула, поборов сиюминутное желание прогладить Амелию по голове, словно несмышлёного ребёнка.

- Ноты - это не проблема, - подошла к стене и подхватила маленькую скамейку. - Двигайся.

Соседка послушно убрала банкетку и опустилась рядом с Соней.

- Пока я буду наигрывать, ты расскажешь, как прошла прогулка с Максимилианом.