Когда я уже расплачивался, меня окликнул женский голос:

– А, старый знакомый!..

К кассе, с корзиной на сгибе руки, подошла та самая молодая женщина, имя которой я уже знал, – Ника.

– Обождите, пожалуйста, минутку!

Она выложила из корзины с полдюжины небольших грейпфрутов, упаковку мороженого и бутылку «Бордо». Кассирша пробила чек. Девушка – уже в последний момент – вытащила из расположенного над кассой ячеистого бокса пачку Marlboro и попросила пробить и сигареты. Потом рассчиталась, загрузила продукты в пакет; после чего мы оба, каждый при своих покупках, но идя рядышком, выбрались из маркета.

– Я вам кое-что задолжала, – сказала она. – Извините, не знаю вашего имени-отчества…

– Меня зовут Сергей, – сказал я. – И вы мне ничего не должны.

– А меня – Вероника. – Она, переложив пакет в левую руку, правую протянула мне. – Можно просто – Ника. Будем знакомы.

Мы остановились на тротуаре. Я осторожно пожал ее прохладную ладонь. От нее приятно пахло: морем, цитрусовыми, чуточку горьковатыми духами и мятой. На ней было короткое и довольно обтягивающее платье цвета ультрамарин, на изящных ножках сандалии с высоко подвязанными, змейками обхватившими голени ремешками, плечи прикрывал полупрозрачный шарфик или накидка.

– Я у вас сигарету стрельнула в ресторане. Помните?

– Такую красивую девушку трудно не запомнить.

– Благодарю за комплимент, Сергей. – Она улыбнулась, показав красивые ровные белые зубы. – И спасибо за то, что выручили в баре. Я, кстати, должна вам деньги…

– Ничего вы мне не должны, – повторил я.

– Подержите, пожалуйста.

Она передала мне свой пакет. Открыла свисающую с правого плеча на ремешке дамскую сумочку.

– Ну, берите же! – Она компенсировала строгий тон улыбкой. – А не то я обижусь на вас!

Я поставил пакеты на лавочку, рядом с которой мы остановились; взял у нее купюру и переложил ее в свое портмоне.

– Я еще вам сигарету задолжала. – Она вновь улыбнулась. – Присядемте на минутку? Или вы торопитесь? Может, вас кто-то ждет?

– Нет, я здесь один.

– А что так? Одному здесь, наверное, скучно?

Мы присели на скамью. Она передала мне пачку «Мальборо»; я открыл ее и протянул женщине.

«То же самое, Ника, я могу спросить и у тебя, – подумал я про себя. – Ты ведь тоже, похоже, здесь осталась одна…»

– Было немного скучновато, – сказал я, поднося к ее сигарете зажигалку. – Но это пока не встретил вас…

Она рассмеялась, как будто я сказал что-то необыкновенно смешное. Мы закурили; початую пачку я положил в пакет Ники. После второй или третьей затяжки она закашлялась… Выбросив почти целую сигарету в урну, сказала:

– Я вообще-то не курю. Это так… от некоторого расстройства.