Вызывающе закинула ногу на ногу, демонстрируя длинный вырез в роскошном платье и полуобнаженную ножку. Не сводя с меня томного взгляда, следила за моей реакцией.

Я устало вздохнул и перешел на другую сторону комнаты. Присел на маленький журнальный столик у стены, с наслаждением глядя в растерянное лицо Габриэль. Ей очень не понравилось, что я не поддался ее женским уловкам.

– Итак, начнем, – в руках у Агаты оказались маленький блокнот и ручка.

Я издал тихий смешок. А я-то думал, что в ее крошечной сумочке помада и прочие женские штучки, как у всех дам, а оказывается, она всегда наготове.

– Прежде, чем мы начнем, я бы хотела попросить тебя о небольшом одолжении, Нэйт, – Габи устремила на меня свой невинный взгляд.

– Ты Агате ещё и слова не сказала, – парировал я.

– То, что я сегодня расскажу твоей невесте – очень ценная информация для прессы. Но взамен я хочу, чтобы ты познакомил меня с Анхелем де Банксом, – узрев на моем лице отразившееся удивление, Габриэль быстро добавила: – Я наслышана, что вы хорошие друзья.

– Зачем тебе понадобился владелец столичного музея?

На самом деле меня больше беспокоил вопрос, откуда Габриэль знает, с кем я вожу дружбу.

– У меня есть к нему деловое предложение, – отозвалась она манерно.

– А почему сама с ним не познакомишься? У тебя вроде громкое имя.

– Анхелю де Банксу не важны никакие громкие имена, если они не связаны с историей, – натянуто усмехнулась Габи. – Все знают, что он не слишком общителен.

– Хорошо, – я кивнул, и Агата тут же посмотрела на меня с прищуром.

Очень неодобрительно.

– Может ты сделаешь это завтра вечером? Мы могли бы назначить ему встречу в ресторане недалеко от театра, – не унималась Габриэль.

Я посмотрел на Агату и едва сдержал улыбку. Недовольно поджав губы, она орудовала ручкой по чистой странице, рисуя там огромную… жабу.

– Я договорюсь о вашей встрече, Габриэль. Завтра к восьми часам вечера Анхель будет ждать тебя в ресторане.

На лице Габи отразилась искренняя растерянность.

– А ты разве со мной не пойдешь?

Я понятия не имею, сколько наглости и бесцеремонности плещется в этой женщине, но по-видимому, она ни в грош не ставит мою невесту.

– Он не сможет, – Агата даже не подняла головы, с усердием вырисовывая огромные жабьи глаза. – Завтра у нас важное дело. У меня кошка на сносях. Вот-вот родит. Нэйтан единственный, кто умеет принимать кошачьи роды.

– Что? – голос Габи превратился в писк, и она уставилась на меня с изумлением.

Я раскинул руки в стороны и пожал плечами, мол, увы, не могу.

– Роды, – холодно повторила Агата с подтекстом «ещё раз для туповатых», и я улыбнулся.