Ведь Дан меня уже видел, а мне не хочется вызывать лишние подозрения.

На прощание она послала мне воздушный поцелуй и скрылась из виду.

– Кстати в коробках подарки. Для тебя! – крикнула она из прихожей, и входная дверь захлопнулась.

Я ещё долго смотрел на открытую дверь гостиной, пытаясь понять, что только что произошло. Вот же… хитрая лиса.

Может все же зря я согласился?

Но уже вечером я понял, что единственная опасность, которая нам грозит, это надорвать от смеха животы…

Глава 43

Нэйт

К восьми часам вечера дом Анхеля превратился в маленький отдел жандармерии.

Герхард и его восемь подчиненных, одетых в гражданскую одежду, топтались в углу и обсуждали тактику задержания. Все понимали, что преступники могут быть вооружены и несомненно захотят дать отпор.

Я бродил взад-вперед, поглядывая на часы… Агата опаздывала уже на двадцать минут.

– Я, наверное, поеду за ней сам, – объявил я Анхелю, что сидел на маленьком диванчике в компании Деборы Офир и успокаивающе поглаживал ее руку.

– Ждём ещё пять минут, если Агата не…

В вестибюле раздался ужасный шум.

Все внимание присутствующих мигом переместилось на двери гостиной.

– Сеньор де Банкс! – голосил испуганно дворецкий. – Беда!

Я бросился к вестибюлю первым и едва не получил дверью по носу, когда та внезапно распахнулась.

Передо мной предстал усатый мужичок с небольшой светлой эспаньолкой. Из-под смешной овчинной шапки торчали белые кудри, меховой ворот на старом брезентовом тулупе был порван. Я быстро скользнул взглядом по его небольшому животу, оценил серые шерстяные брюки и высокие мужские сапоги со сбитыми носами.

Молча посмотрел в знакомые зелёные глаза «гостя», светящиеся гневом и обидой, и от удивления мои брови подскочили вверх.

Бедный дворецкий Анхеля распластался на полу, продолжая голосить о помощи, и мертвой хваткой цеплялся за ноги незваного гостя, чтобы помешать тому пройти дальше.

– Стоять! Сеньор де Банкс приказал не пускать незнакомцев в дом! – орал перепуганный до смерти дворецкий. – Помогите!

– Да отпусти ты! – завопил «мужичок», дёргая ногами и пытаясь отделаться от цепких рук слуги. – Нэйт, скажи ему! Он двадцать минут меня в дом не пускал!

– Эдвард, все в порядке.

Это свои, – мои губы медленно расползались в улыбке, пока я с пристрастием изучал маленькую бородку и усы, которыми внезапно «обзавелась» моя невеста.

Дворецкий на мгновение замер, а потом, вздохнув с облегчением, откатился в сторону. Ловко поднялся на ноги, галантно поправил свой изысканный наряд, и, как ни в чем не бывало, пожелал нам хорошего вечера и захлопнул дверь.

– У-у-у, ещё и ворот оторвал, злодей, – пробурчала обиженно Агата, теребя меховую отделку тулупа.