– Благодарить надо не меня, а его, – ягодная княгиня таинственно улыбнулась. – Я всего лишь посыльный.

Внезапно мне показалось, что за мной пристально наблюдают. Ощущение было таким осязаемым, что я обернулась. Позади в трех шагах стоял Захарий.

– А-а-а… Это ты, – несколько разочарованно протянула я.

– Ожидала кого-то другого?

– На мгновение мне почудилось, что сам лес смотрит на меня. Глупо, наверное.

– Ничуть. – Захарий раскрыл ладонь, и я увидела на ней крошечный флакон. – В этот раз обойдемся без пирожков.

Я встретилась взглядом с Захарием и вздрогнула, осознав, что сейчас со мной говорит не он.

– Что будет с Захарием и Миллисандрой?! – выпалила я.

Рука, протягивающая флакон, дрогнула – мне показалось, что лес накажет меня за излишнее любопытство и откажется возвращать прежний вид. Я, затаив дыхание, протянула руку и, только когда мне в ладонь упал стеклянный сосуд, выдохнула с облегчением. Обошлось!

– Они еще встретятся. Остальное будет зависеть от них самих, – глубоким голосом произнес Захарий, а потом замер подобно статуе.

– Эй! Ты здесь? Ты слышал? – Я обеспокоенно положила руку ему на плечо.

– Да. Я все слышал, – тихо подтвердил он. – Вам пора в путь. Но сначала сделай глоток из фиала.

Дар Темного леса оказался до того терпким, что у меня запершило в горле. Когда я прокашлялась и отдышалась, то обнаружила Арнелля рядом. И в этот раз я смотрела на него сверху вниз!

– И кто из нас малявка? – ехидно поинтересовалась я, протягивая ему фиал.

– Советую тебе получше запомнить этот момент. Больше не повторится, – добродушно усмехнулся он.

– Если речь идет о Темном лесе, лучше не зарекаться, – быстро предупредила я.

Чары Темного леса развеялись после первого же глотка. Арнелль вытянулся подобно грибу после дождя. Я постучала его по спине, помогая восстановить дыхание. Когда же захотела встретиться с ним взглядом, то снова пришлось запрокидывать голову вверх.

– Так намного лучше, – лукаво объявил Арнелль и быстро шепнул на ухо: – Высоким сподручнее носить любимую на руках.

На мгновение показалось, что земля и в самом деле ушла из-под ног, а я парю в воздухе. Я смотрела в васильковые глаза Арнелля и не могла отвести взгляд, ведь то, что я в них видела, притягивало и завораживало одновременно. Я знала Нелли с детства, помнила, какой чай он любит и что, услышав знакомую мелодию, он непроизвольно начинает ее насвистывать. Да я знала его как саму себя – вернее, была уверена, что знаю. Нежданно-негаданно мне начал открываться совершенно другой Арнелль, способный заставить девичье сердце сладко замереть и снова пуститься вскачь.

– Вы бы в избушку зашли, раз пообниматься на дорожку приспичило, – ворчливо укорил нас Листик.